– Умираю-ю-ю! – заныл Василий, демонстративно корча мордочку, и, подумав секунду, закатил глаза.

Пушистая тушка распласталась на полу.

Стоявшая рядом Кристина наклонилась к зверьку, и тот для пущей убедительности задержал дыхание.

Не дышать было сложно, но Василий продолжал старательно изображать мертвеца. Хотя желание пописать ох как мешало.

Кристина коснулась пальцем хомячьей шеи. Пригляделась.

– Вась, хочешь целую банку варенья?

– А дашь? – приоткрыв один глаз, спросил Василий, напрочь забыв о будущем оскаре.

– Обманщики остаются без сладкого, – Кристина поднялась с колен.

Хомяк всполошился:

– Эй! Я зе для общего блага! Чтобы они перестали ссориться! – ткнул своей лапкой в сторону бывших. И смотри, сработало!

Сёстры одновременно обернулись на Асю с Элем.

Парочка действительно молчала.

– Я зив, – отряхиваясь по человеческой привычке, произнёс Василий. – Но ведь могло быть и по-другому. Хомяки, существа маленькие, задавить плёвое дело. Хорошо, что всё обошлось, но ведь с этими непонятными скандалами однажды дойдёт и до убийства по неосторожности. Или на эмоциях. Вон как Ася швыряется мебелью. А Эль? Что у него с магией? Почему он не мозет ею управлять?

– Хомяк прав, – признала Мада. – Эти ваши «люблю-не люблю» добром не кончатся.

– Какое люблю?! – возмутились в один голос.

Три раздражённых вдоха красноречивее любых слов выразили своё отношение к происходящему.

– Магия реагирует на бурные эмоции, – продолжила Мада. – Ты будто не знаешь, какая она чувствительная.

– Об этом я не подумал.

– Ты не подумал, а я могла пострадать.

– И я тозе.

– Пока обходимся без травм, но что дальше? – это уже поддержала сестру младшая.

Я о том зе, – поучительным тоном добавил Василий. – Я думаю, вам следует раз и навсегда выяснить отношения. – Взглянул на Кристину, и ему почудилось, что та на него смотрит как-то иначе. Добавил: – Лично я хотел бы умереть героем, а не от тапки, прилетевшей во время стычки между влюблёнными.

– Мы не влю…

Мада громко кашлянула, перебивая:

– Знаем-знаем. Вы друг друга ненавидите. Разберитесь в степени вашей ненависти, а потом уже поговорим.

– Но нам надо искать убийцу! – напомнил Эль.

– Нам надо выжить до встречи с ним, – сказала Мада.

– Искать надо, – согласилась Кристина. – Но вы со своим поведением достали. Честно. Мы могли бы уже что-то предпринять, а так вынуждены только и делать, что выслушивать ваши ругательства. Поговорите. Когда будете готовы, звоните. Ась, у тебя остался мой номер? Я его не меняла.

Карамелина хмуро кивнула.

– Тогда ждём с Мадой звонка. Васю заберём с собой.

– А зестяную баночку дадите?

– Дадим.

– Мне бы поскорее.

– Сходи у нас.

– Спасибо, Эль, – хомяк бросился в нужном направлении.

– Следи за ним, – велел Эль Кристине.

– Я всё слышу! Ты мне что зе, не доверяешь?

– Доверяй, но проверяй, Василий.

Хомяк вернулся погрустневшим.

Все трое вышли за дверь. На пороге Мада обернулась:

– Цените то, что имеете.

Бывшие остались одни.

В тишине и обоюдной сердитости провели какое-то время. Ася активно избегала не только общения с Элем, но и столкновения взглядами, сидела на кухне и делала вид, будто очень увлечена разгадыванием кроссвордов, хотя последние ненавидела, пожалуй, не меньше бывшего парня.

Эль постоял в проходе, демонстративно покашлял, так же демонстративно погремел посудой, наливая в чашку из пустого чайника, однако реакции никакой не добился. Нервы сдали.

– Ася, да будь ты человеком! Давай всё выясним и, наконец, отпустим обиды! Хватит быть букой.

Женские глаза пронзили сердце, душу и футболку. Эль буквально почувствовал себя голым незащищённым.

Неправильным.

Приготовился к битве.