— Простите, профессор. Бодрящий аспект, — ответил я. — Больше не повторится.

Гермиону подробно просветили об этом странном способе перемещения магов.

— Драко, у тебя кофе так же одуряюще пахнет?

— Да нет, нормально пахнет. Так вот откуда кофиём несёт, оказывается!

— Хм… я точно соль туда кинул? Ладно, разберёмся.

Я передал перетёртый утренний допинг Гермионе.

— Есть ещё один момент по поводу сопровождающего преподавателя, — сказал я тихо, пока Грэйнджер занята. — Поезд, полный детей, Драко. Восемь часов закупорен, как бочка с селёдкой. И ни одного взрослого.

Гринграсс подняла голову.

— Меня там конфетками угостили… добрые люди. Мышьяк — самый безобидный компонент, который я нашёл. Ни одного колдомедика. Ни одного нормального мага. Если что — кто откачает, кто перебросит в Мунго? Тётка-шоколадница?

— Старосты…

— Аппарировать с пассажиром умеют? С несущегося поезда?… Драко, кофе убегает! Давай и вправду сворачивать тему.

— Я сегодня же напишу отцу, Гарольд. Мысль здравая, но… я не интересовался и не готов ответить, почему до сих пор так не сделали. Хотя бы порт-ключи в Мунго старостам раздать… Или они у них есть?

— Пока не знаю, что это такое. Гермиона, гаси огонь. Пахнет обалденно. Доставай чашки, будем снимать пробу.

— Какую… не смей, нам снимут баллы!

— Оно того стоит!

Я глянул на зелье Малфоя вторым зрением. Да, подпортил я ему баланс под конец. Придётся опять догадываться самому.

Зелье пробуждения. Анти-сон. Что есть сон? У меня, еженедельно совершающего тренировочные походы в Хаос, сомнений не возникает. Сюрреализм, изменчивость, нелогичность… Сон — это хаос. И совсем немного — маленькая смерть. Анти-сон — это Порядок и совсем немного Жизни. А ещё Свет-рассвет. Наша паладинша будет здесь вне конкуренции.

— У тебя хорошо получается это зелье, Гермиона, — пробормотал я, выводя многолучевую звезду без диагоналей — этакую колючую шестерёнку. Последний штрих — капельку Холода. Бодрое утро.

Рука завершила жест косым росчерком. Молния? Что ж, пусть будет «энерджайзер».

— Potionem perficio — Exoriri et lucere!

Лишнего почти не было. Вверх взметнулись колючие голубые искры. Кофейный аромат заполнил весь класс.

— Провалите позицию уборщика — наймётесь в вокзальные баристы, Поттер, — Снейп, как всегда, где-то нажрался лимонов.

— Это наша совместная работа, профессор, — напомнил я.

— Один балл Гриффиндору. Разливайте в эти флаконы.

— Это несправедливо! — шёпотом возмутилась Грэйнджер, когда Снейп отошёл. — Мы работали вдвоём, а балл — один.

— Собственные навыки и связи — основное богатство, которое ты возьмёшь отсюда с собой, — сказал я. — Игнорируй баллы. Но разумное зерно в твоих словах есть. Имеет смысл при повторных варках разделяться и работать самостоятельно. Для закрепления.

— Поттер, Грэйнджер, Лонгботтом — отработка в семь.

Что я могу сказать об этой отработке. Грэйнджер и Лонгботтому выставили ведро флоббер-червей на двоих. Невилл позеленел, но Гермиона хладнокровно потребовала обучить их «тому же заклинанию, что и Поттера». Скривившись — пустил же единожды козла в огород — Снейп шлёпнул перед ней свой учебник.

Это было ошибкой. Грэйнджер обнаружила записи на полях и выпала из реальности. Зельевар два раза пригрозил ей котлами, после чего отобрал учебник назад. Что успела почерпнуть оттуда заучка с эйдетической памятью и прокачанной скоростью чтения — история умалчивает, но всё нужное для отработки она запомнила в первую очередь.

Заклинание она освоила, хотя ей и пришлось изгваздать свою палочку, чистить которую был вынужден я — своим заклинанием. Невилл предпочёл работать обсидиановым ножом. Ведро они приговорить не успели, так что под конец им также пришлось помогать вашему покорному слуге.

Я же, обмениваясь последними сплетнями со старшекурсниками, варил противопростудный отвар едва ли не вёдрами. В замке холодает, на улице — тоже. Надо быстрее решать вопрос с теплом.

Декабрь пролетел незаметно. Приближались первые в моей жизни волшебные каникулы.

Морозы ударили в середине месяца. Этому предшествовала снежная буря, за ночь превратившая замковый двор и окрестный ландшафт в филиал сибирской тайги. Добравшихся к утру обессиленных сов пришлось выхаживать Хагриду. Дети забросили домашние задания и до темноты не вылезали из сугробов. Старшекурсников привлекли к расчистке проходов в двухметровых снежных стенах. А пришедший на смену буре антициклон не дал белоснежной вате растаять и опустил столбик термометра на десяток делений вниз.