Я поднял палку и не глядя махнул круговым движением. Зелье вспыхнуло, загорелось зеленоватым пламенем, достигающим тёмных сводов подземелья, но совсем не обжигающим. Языки взбурлили призрачными пузырьками. Потрепетав с полминуты, костёр утих. В котле зеленоватыми искорками плескалось идеальное зелье.

— Вот, — я показал ей кусок древнего дерева. — То, о чём я говорю. Мы не знаем, как работают волшебные вещи, а у них, между прочим, имеется своя воля.

— Эта воля — не злая, Поттер, — откликнулась молчаливая Гринграсс. — Своим она всегда поможет.

Я вздохнул и спрятал палочку. То маленькое чудо, что произошло только что, было не из-за меня и не ради меня.

— В общем, Гермиона, мы с тобой в одинаковых стартовых условиях. Я даже о пользе мистицизма задумался только… да, почитай, на Йоль. После того, как меня носом ткнули, — я печально усмехнулся. — Так что, если есть желание в этом покопаться — присоединяйся.

— Время! — объявил Снейп. — Образцом зелья заполните один флакон и поставьте на парту. Остальное выльете в помойные вёдра после урока, если я не скажу иное.

Он подошёл к нам. Зачем-то стукнул рукоятью палочки по котлу. Стенка отозвалась мелодичной звонкой нотой.

— Два балла Гриффиндору. Посуду для зелья я сейчас дам.

Оценив в нашем углу удачные зелья по два балла каждое — работали-то мы обязательными парами — Снейп пошёл дальше.

После урока мне пришлось задержаться. Снейп не сразу принёс мне тару для гербицида, а потом нужно было очистить котёл. Грэйнджер осталась, чтобы составить мне компанию на пути в гостиную. В какой-то момент мы оказались в классе втроём: я, Гермиона и Дафна, тоже занятая укладкой вещей.

Понятливо кивнув, я взял пергамент, написал на нём несколько слов, свернул и положил перед собравшей вещи Гринграсс. Проигнорировав это, Дафна повесила сумку на плечо и… сожгла бумагу, не читая. После чего холодно уставилась на меня. Пламя было интересным: белоснежно-белым, обжигающе-ледяным и дымящим холодным туманом со снежинками.

— Что это ещё за секреты? — подозрительно уставилась Гермиона на исчезающий в «Стуже» пергамент. — Вы чего творите?

— Спасибо, Дафна, — сказал я тихо. — Это лучший подарок на Рождество за последние десять лет.

Дафна продолжала требовательно смотреть на меня. Пауза затягивалась. Грэйнджер нахмурилась и приготовилась выдать что-то возмущённо-боевое про обнаглевших змей. Горестно вздохнув, я снял сумку и… обернулся совой. Немедленно потеряв к происходящему интерес, Гринграсс спокойно двинулась к выходу.

Всё верно. В своём желании выпутаться из настырного интереса Грэйнджер к инциденту с совой, я приплёл обычаи Магии к придуманной на ходу легенде. А враньё здесь недопустимо. Похоже, Гринграсс не только догадалась о моей аниформе, но и что-то поняла из неловких пауз в рассказе Грэйнджер. Теперь мне предстояло полностью объясниться с одногруппницей.

Эх, Гермиона, как же тебе передать хотя бы половину этого ума?

— Что… Где он? Гринграсс, куда ты его дела? Что за змеиные шуточки?

Возмущённый возглас застал Дафну у двери. Обернувшись, она посмотрела на Грэйнджер; на меня, сидящего рядом на столе; на факелы на стене. Ещё раз одарив меня внимательным взглядом, молча вышла.

— Пойдём, Гермиона, — сказал я, превращаясь назад. — Извини, палочка под шкаф закатилась, еле дотянулся.

По какой-то причине Хогвартс считает, что Гермионе ещё рано знать этот секрет. Что ж, объяснение по необходимости откладывается. Но оно обязательно произойдёт. Здесь нельзя оставлять неправды.

На пергаменте, который почему-то не стала читать Дафна, было написано: «Оно гасит подлетающие Авады».

— Что будем делать, Поттер? — стоящий рядом со мной Вуд мрачно взирал на шедевр директорской мысли.

Прошло ещё два месяца.

К середине января ударили сильные морозы. И как-то так получилось, что в спальнях на Хаффлпаффе теперь было холоднее, чем на остальных факультетах. Я уже начал было обдумывать, как организовать тихую сдачу своей персоны Помоне, но она меня опередила. Толстый Монах ли нашёл способ ей намекнуть, а может, Хогвартс Снейпу разрешил поделиться сведениями — Спраут вызвала меня на приватный разговор и принесла клятву, аналогичную снейповской.

Хаффлпафф оказался самым дружелюбным в плане доступа. Мне хватило одного разрешения от Спраут под факультетским дубом, чтобы получить право входа и в подземелья, и в саму гостиную. Разрешение было бессрочным.

Не следует, впрочем, полагать барсучат беспечными или, тем паче, недалёкими. Без надзора на их территории я никогда не останусь: там, где есть хоть один барсук, очень быстро может появиться весь Хаффлпафф. Что касается недалёкости, скажу: дураки *так* дружить не могут. Это я вам как живущий на Гриффиндоре утверждаю. Барсуки мудры и внимательны.