Воцарилось молчание. Леди Августа подошла ближе и с брезгливым презрением уставилась на меня.

— Я не понимаю. Эти выродки убили твоих родителей. Как ты можешь водиться с пожирательской мразью?

— Это вы сейчас… о детях? — мои плечи и позвоночник сами собой приняли ту привычную моему «двойнику» позу, в которой я побывал во сне, а толика Пустоты оттеснила к владелице навалившуюся ауру. Бабка словно на стену наткнулась. — Леди, вы находитесь в Хогвартсе. Ему уже десять веков. Он старше вашего древнего и священного рода.

Растерявшаяся поначалу, Августа быстро пришла в себя и попыталась надавить на наглого малолетку магией главы рода. Я продолжал говорить спокойно, тесня этот пресс истечением своей стихии.

— Мы живём под одной крышей. Питаемся в общем зале с одной кухни. Учимся вместе в общих аудиториях. И колдуем одной магией на всех. Так было с самого первого дня, когда здесь ещё не было ни парт, ни обеденных столов, ни уютных спален с удобными кроватями.

Марево противостояния стало отчасти видимым обычным зрением. Бурлящий и клокочущий поток, бессильно огибающий островок абсолютного спокойствия.

— Стены Хогвартса многое повидали и пережили. И осады местных конунгов, и гоблинские войны, и неумолимый геноцид инквизиции; и моровые поветрия, и голодные годы, и перемену климата; и несколько сменившихся династий на троне, и перекраивания границ, и кратковременные восхождения тёмных лордов.

Атака бабки дрогнула на последних словах.

— И всё это время у нас было и остаётся четверо Домов. Именно *четверо*, леди Августа. А не трое полноценных и один — для выродков, нелюди и пожирательских унтерменшей.

С последними словами я вытолкнул волну Пустоты, резко отбрасывая давящую магию за можай. Старуха пошатнулась. В кабинете стало тихо и спокойно.

— Если этот факт отчего-то является для вас невыносимым, — закончил я негромко. — Хогвартс — не единственная школа магии в нашем мире.

Камин за моей спиной медленно разгорелся ярче, наполняя похолодавшую атмосферу теплом и уютом. Я посмотрел на декана:

— Я могу идти, профессор МакГонагалл?

— Вы свободны, мистер Поттер. Невилл, будь добр, подожди в коридоре.

Хоть мы и вышли из кабинета вместе, говорить с Лонгботтомом мне было не о чем. Как минимум, он сначала должен вернуть себе способность адекватно мыслить.

Зайдя за угол, я расслабил плечи. Вот интересно, смогла бы леди Августа повторить фразу про выродков в присутствии их родителей?

— Поттер, как тебе подарок? — спросил Крэбб с видимым равнодушием и тщательно скрываемым интересом.

Зельеварение. Первый урок в новом семестре. В аудитории непривычно тепло. Не так, как в обычных классах, но намного лучше, чем было раньше. Оказывается, ингредиентам не требуется непременный собачий холод для сохранения. Многие поколения деревенских ведьм и травниц развешивали связки трав и сушёных лапок под крышами хижин над очагом, и создаваемые ими зелья от этого только выигрывали. А скоропортящиеся компоненты держат под стазисом.

Основная сложность ремонта зельеварни состояла в том, что Снейпу требовалось регулировать температуру в классе под работы с конкретными зельями. Пришлось делать адаптер под управление, которым может воспользоваться человек без магического зрения. Снейп поморщился, глядя на поворотный рычаг из сломанной ручки от швабры, но работу принял. Если Малфой пожертвует ему одну из своих старых пижонских тростей — с удовольствием переделаю. А так — я не ювелир, да и металл здесь — в жутком дефиците.

Вы полагаете, Хогвартс потратил предоставленный ему лом на водопровод в жилой части замка? Как бы не так. Три четверти стали он немедленно хапнул на неизвестные мне нужды. Именно так: у меня допуска не хватило получить хотя бы намёк на то, куда это ушло. Но, видимо, нужда была серьёзная. Оставшийся металл потрачен на обновление ключевой инфраструктуры, находящейся где-то глубоко в пещерах под замком. В частности, на некоторые участки магистральных труб на водозаборе и очистных сооружениях.

Что ж, Хогвартсу виднее. Основной вывод для меня — нужен ещё металл. Взглянув в полную заявку, я приуныл. Двадцать тонн — это крохи. Такое впечатление, что рядом строят ещё один замок. Нужно думать, откуда брать железо и прочее разнообразие.

— Джентльмены, огромный респект за труды, — сказал я искренне. — Пригодилось всё, что вы собрали. Я только не понял: эта упаковка на колёсиках входит в подарок, или её нужно вернуть? Я пока не стал её распиливать.

Выделенный мне «склад» оказался заброшенным цехом давно закрытой мануфактуры в Уилтшире. Лом нашёлся сгруженным в древний железнодорожный полувагон, по-простому оставленный стоять на бетонном полу посреди помещения. Ходовая часть приржавела, в буксах находился камень. Стала понятна приписка Малфоя «там чуть больше двадцати тонн»: чуть больше двадцати весила одна только «тара».