— Кх!.. — попытка отмахнуться не увенчалась успехом, когда на лице тяжёлым давлением легла хватка чужой ладони.

— Сейчас я тебе напомню, кто твой владыка, — протянул Луизенбарн, и не разжимая ладони рванул в сторону, заставляя Заэля вспахать остатки стены своей головой от края до края. — Тебе всегда нужна твёрдая рука, чтобы прояснить замутнённую амбициями голову, — и небрежно скинул избитого на пол.

Гранц пребывал в состоянии глубокого шока. Он был эспадой, пусть и самым слабым, тем не менее простому человеку не пробить его иерро, как и не обогнать реакцию. Но это случилось. Его попросту унизили, словно Заэль ничего из себя не представлял. Он хотел было схватить свой занпакто, но нащупал лишь пустоту. Меч уже находился в руках человека.

— К-как? — выдохнул бывший придворный алхимик, впервые за долгое время ощутив страх. — Все! Живо убейте его!

Ему оставалось лишь отдать команду своим миньонам. Множество пустых, над чьими телами он успел поработать в ходе своих многочисленных экспериментов, попытались наброситься на человека, но тот даже не посмотрел на них. Вместо этого тот впервые надавил своим духовным давлением. Все они без исключения припали к полу, раздавленные могуществом его души.

Гранц и сам чувствовал, как его начало клонить к земле. У него не было сил сопротивляться. А если и были, то ему… стало попросту страшно. Дело не только в давлении близкого по уровню со второй половиной эспады. Что-то знакомое в ней побуждало, казалось, забытый рефлекс подчинения.

— Ты так и не понял, Заэль? О, глупый Заэль, — проникновенным тоном протянул «человек», играючи удерживая занпакто арранкара в своей руке. — Почему же ты ещё не поклонился?

Эти слова как яркая вспышка заставили выстроить в голове догадку, от которой он уже не смог сдержаться и рухнул на колени. Эта аура смерти, того, от чего Гранц пытался бежать, экспериментируя над собственной душой из раза в раз. Эта властность и манера говорить. Слишком много лет он постоянно слышал это. Спутать с чем-то попросту невозможно!

— В-владыка… Барраган? — вырвались из него слова раньше, чем он успел их осмыслить.

— Мой бывший алхимик. Рад меня видеть? — в пылающих алым огнём глазах «человека» отражалась лишь презрительная насмешка.

Заэльаппоро тяжело сглотнул смесь крови и вязкой слюны.

Это ошибка? С ним игрались? Нет, даже в самом абсурдном кошмаре никто не способен притвориться богом-королём. Возможно, он сошёл с ума… Нет, два раза подобное не повторить. Перед ним действительно находился Барраган Луизенбарн, пусть и выглядел совершенно иначе. Конечно, ходили слухи о том, что владыка уэко мундо вечен, но алхимик воспринимал это не более, чем укрепившийся легендой. Красивой, вдохновляющей самого Гранца на достижение вечности своего существования, но всё-таки легендой.

— Как это возможно? — спросил он с искренним любопытством.

— Круговорот душ — искусственная система. И ей свойственны ошибки, — видя некоторую веру в бывшем подчинённом, Барраган снизошёл до ответа. — Со смертью моё приключение только началось. Но я разочарован, — от его резких слов арранкар вздрогнул. — За пару лет все обо мне забыли, хоть и клялись в вечной верности.

— Это… не так… — пролепетал Заэль, не зная, как тут можно оправдаться.

— Не переживай. Вместе с новой формой существования у меня появилась и доля терпимости, — жестокая улыбка бывшего правителя уэко мундо не сулила ничего хорошего.

— Очень великодушно с вашей стороны… — не успел он закончить, как ботинок короля влетел ему в челюсть, заставляя развалиться на полу в позе морской звезды.

— Но перед тем, как ты повторишь свою клятву. Я должен привести аргументы в истинности своей личности, — он грубо наступил на Гранца, попутно вонзая его же занпакто ему в руку. Хрипы боли были напрочь проигнорированы. — Думаю, памятные сердцу наказания за сотню лет будут достаточно убедительны.

По помещению разнёсся крик агонии.

Срывая горло Заэль кричал, взращивая свою веру с новой силой.

***

— Интересно. Как всегда, любишь быть в курсе всех дел, — откинулся на спинке стула Барраган, оторвав взгляд от множества экранов, где демонстрировались сражения всех, кто пришёл с королём в лас ночес.

Куросаки с одноклассниками столкнулись с тройкой приварон эспад — бывших членов эспады, которые оказались выдавлены более новыми и сильными собратьями. В результате те стали лишь привратниками. Не простые слуги, но и не верхушка иерархии. Луизенбарн видел, что сражались они весьма неплохо, предоставляя реальный вызов для Ясуторы и Исиды, хоть вот Ичиго со своим соперником серьёзен не был, доминируя даже в стадии частичного высвобождения занпакто.

— Как их имена, Заэль? — владыка бросил взгляд на учёного-алхимика.

Тот на данный момент выглядел без ранений, восстановившись путём поглощения своих «фрассьонов», но теперь во взгляд Гранца вернулась должная степень почтения перед своим повелителем. Метод кнута с ним оказался крайне эффективен, особенно в человекоподобном теле — арранкары чувствовали боль куда лучше пустых, наравне с людьми.

— Вы их всех знаете, мой король. Дордони Алессандро дель Сокаччио, Чируччи Сандервиччи, Гантенбайн Москеда, — не поднимая взгляда ответил учёный, чтобы не выдавать своей бесконечной ненависти, порождённой страхом. — Зовут свою команду неудачников трес сифрас.