Баррагану пришлось всё брать в свои руки. В том числе буквально — он прижал ей к себе. Он поцеловал её, но уже по-взрослому. И пусть она подобное не умела, процесс был максимально прост, хватило и десяток секунд неловкости, чтобы девушка сориентировалась.

Вот он и опробовал её губы на вкус.

Настоящая награда за спасение.

— Ох… — тяжело дышала она, скорее от волнения и смущения, нежели от реального недостатка воздуха.

Сойдёт.

— Идём, — что же, теперь он подхватил её и в брингейрлайте направился к покоям Гранца.

Учёный поприветствовал Баррагана нервным кивком, поглядывая в сторону новых гостей. Неллиэль с прищуром уставилась на нерадивого алхимика, Рукия чувствовала себя не в своей тарелке, держась за рукоять занпакто. Стоящий со своей группой поддержки Ичиго выглядел смущённым, явно не ожидая вот такого развития события. На удивление бывшие фрассьоны — хотя теперь снова нынешние скорее всего — уверенно преклонили колени, демонстрируя идеальную исполнительность.

— Ребята, и вы здесь, — Орихиме была прямо растрогана при виде своих друзей.

— С тобой всё в порядке. Это хорошо, — протянул подозрительный квинси, не расслабляясь ни на долю мгновения.

— Лучше и не скажешь, — позволила себе улыбнуться Рукия.

— Согласен, согласен, но дело приняло странный оборот, — заговорил Куросаки, почесав свой рыжий затылок. — В смысле… цель выполнена. А дальше? Какой-такой «король» нас сюда позвал? И ты чего так вырядился, староста?

Фрассьоны посмотрели на временного синигами как на идиота. Он серьёзно пришёл, даже не задавшись этим вопросом? Конечно, удобно, но это говорило о некоторой легкомысленности данного человека.

Король вздохнул, рассеяв маску.

— Наверное, потому что этот самый «король» и есть я, — пояснил ему Луизенбарн, попутно подтверждая подозрения остальных своих товарищей. — Долгая история.

— А-а… Барраган… — довольно громко пробормотала Неллиэль. — Почему мне это кажется таким логичным?

Наверное, ему не стоило так рьяно раскрываться перед ней своим любопытством. Особенно к собственной персоне. И уж тем более демонстрировать яркие реакции на «реформы лас ночес». Если так посудить, то шпион из него вышел посредственным. Тот же Урахара явно выстроил пару теорий на его счёт, но предпочёл помалкивать.

— Да что вообще происходит? — наверное, лишь Кучики решилась выступить голосом общего недоумения. — Ты уходишь в одиночку, а потом заявляешься сюда с реацу меноса гранде! И наши, по сути, враги зовут тебя «владыкой»? Какой ещё Барраган?! — девушка чувствовала себя довольно потерянной.

Ах, чувства.

— Я был королём уэко мундо, пока не пришёл Айзен и не убил меня. Не знаю, как так вышло, но я переродился. Стал человеком, хотя бы отчасти. Поэтому не ударяйтесь в сомнения, я тот, кем всегда был, с самого начала нашего знакомства, — медленно и уверенно объяснился он, попытавшись придать интонации мистическую «искренность». Пусть ему и не нравилось, что все подобно Орихиме не могли принять факт его сущности как данность, но следовало быть… как это говорят… «человечным». — Если кто усомнился во мне, то вперёд. Иноуэ спасена, можно возвращаться в мир живых.

— Какой же ты придурок! — воскликнула Рукия, не поленившись зарядить ему своим кулачком в плечо. Без желания навредить. А вот фрассьоны, мысленно представившие уже смерть мелкой синигами за проявленную дерзость, впали в ступор, когда наказания не последовало. — Никто не сомневался. Просто о таких вещах следует говорить заранее, а не уведомлять постфактум.

— Спорное заявление, — показательно закатил глаза король.

Это даже в мыслях было полнейшим абсурдом: «Привет. На колени перед королём пустых. Владыка расы, которую все бояться и ненавидят. И да, я возродился в смертном теле». Вот уж хохма, конечно.

Рукия сама поняла, что её аргумент не проходил проверку логикой.

Ответ на это один:

— Заткнись, — смущённо и в некоторой степени раздражённо отвернулась она, сложив руки на груди.

Очевидно — ей нужно было время, чтобы уложить информацию в голове.

— Теперь мне ясна причина твоего высокомерия, — брызнул ядом квинси, но без злобы. — Человек из тебя слишком эксцентричный.

Кто бы говорил, пафосный монах-швея.

— Мне нечего добавить, — заговорил Ичиго с выражением пофигизма на лице. — Ты староста, которому я хочу надрать зад. Теперь лишь сильнее прежнего. Вот и всё.

— М-м, — чему-то поддакнул Садо.

— Тебе придётся сильно меня удивить, — поддержал его настрой Изая. — Надеюсь, с этим разобрались. Пора уходить прежде, чем…

Закончить он не успел.

Мониторы Заэля погасли, а затем вновь включились. Отныне вместо изображений с камер они показывали приторное лицо Айзена Соуске. Сказать, что это настораживало — не сказать ничего.

— Прежде чем, что? — он улыбнулся, и эта улыбка слишком сильно действовала на нервы. — Ваша компания встряхнула лас ночес. Маленькие люди против целой армии. Мёртвый король против новой власти. Не думал, что меня ещё можно удивить.