Шрифт:
– Значит, ничего не получилось?
– О чём ты? А-а! Как видишь.
Я коротко рассказал о нашей с Шимес брачной ночи, упустив разве что самые пикантные подробности. Незачем Пьеру знать то, чего он не должен знать.
– И что теперь?
– Не знаю, Пьер! Я подкачал. Шимес может не только контролировать наши мозги, но и довольно сносно управляется с ними. Она меня чуть не вывернула наизнанку. И, скорее всего, нас ждёт самая обычная смерть.
– Нет, варркан, обычная смерть для тебя будет слишком лёгкой.
Шимес стояла в дверях в сопровождении бледного Милаха. По всему было видно, что он ещё не отошёл от моего удара.
– Какие люди к нам пожаловали! – воскликнул я, сам удивляясь так и прущей из меня любезности и жизнерадостности.
– Ты уже ожил, варркан?
– А что со мной сделается? Кстати, милая Шимес, что ты там сказала о лёгкой смерти?
– Для начала с тобой хочет поговорить Милах, – Шимес мило улыбнулась, а её любовник, прихрамывая, направился ко мне. – Он говорит, что ты ему кое-что должен.
– Э, ребята, я что-то не помню. – Этот придурок решил испортить мою репутацию. – Милах, я тебе все прощаю.
Наверное, не стоило мне так веселиться, потому что в следующее мгновение бывший начальник стражи с силой замахнулся и воткнул в мой пах носок своего сапога. Боже, как больно!
Милах любезно подождал, пока я смогу нормально дышать, и только тогда обратился ко мне:
– Ты удовлетворён, мразь?
– Больше, чем ты сам или твоя подружка.
Слава Богу, что Милах ударил меня по лицу.
Второго урагана боли в низу живота я бы просто не выдержал. Но, хотя удар был менее болезненный, я все равно скорчился. Меня вообще-то нечасто бьют по лицу.
– Милах, остановись, он нам нужен. – Спасибо тебе, Шимес. Ты всегда была со мной ласкова.
Шимес встала рядом с Милахом, внимательно изучила моё тело, и я, не удержавшись, поинтересовался:
– Ты хочешь все начать сначала?
– Нет, варркан, у меня несколько другие планы. Сначала ты скажешь мне кое-что, а потом умрёшь той смертью, на которую ты так долго нарывался. И, поверь мне, это будет нелёгкая смерть.
– Шимес, неужели ты допустишь, чтобы твой законный муж умер?
– Не юродствуй, Файон. Ты прекрасно знаешь, что это была всего лишь шутка.
– И она тебе понравилась!
О, женщины! Как вы наивны, когда считаете что можете легко обмануть нас, мужчин.
Может быть, мы слабы в психологии и домашнем хозяйстве, но одно я могу утверждать, что мы точно так же, как и вы, хитры и умны. И можем разглядеть краску стыда за покровом гнева. Шимес! Ведь тебе было действительно хорошо со мной.
– Варркан, прекратим разговор об этом. Давай займёмся делами серьёзными.
– Разве у нас ещё остались серьёзные дела?
– Да. Иначе бы я не пришла. Скажи, варркан, почему это не действует?
Шимес расстегнула пуговицы на груди и, ничуть не смущаясь открывшегося вида, вытянула за шнурок какой-то предмет. Говоря какой-то, я имел в виду Глаз Дракона. Камень, который у меня похитили.
– Этот камень не подчиняется мне. Почему, варркан?
А вот это была уже приятная новость. Я-то думал, что все, чего добилась Шимес – заслуга камня.
– Ну так что? Ты мне ответишь? – Шимес нетерпеливо постукивала носком башмачка по каменным плитам.
– А мне нечего тебе сказать. Камень сам решает, кому служить, и заставить его это делать никто не вправе. Это всё, что я знаю.
– Значит ли это, что он просто не хочет подчиняться мне?
– Думаю, что это так.
Шимес убрала камень обратно, застегнула пуговицы и повернулась к Пьеру, который всё это время внимательно слушал наш разговор.
– Как твоё имя, варркан?
Пьер, наверное, чертовски рад, что Шимес поинтересовалась его именем. Того гляди, и он окажется очередным фаворитом.
– Пьер Абан.
– Я знаю, что ты в отличие от этого глупца, – глупец – это я, – любишь меня!
Во стерва. Точно! Она его сейчас охмурит.
Пьер Абан немного помолчал, обдумывая свой ответ.
– Ну и что из того?
– Ты можешь добиться моей любви, если согласишься выполнять мои приказы.
– Что я должен буду делать?
– Для начала ты убьёшь Файона!
Всё-таки я был прав. Чтобы завоевать её доверие, существует только два пути: кровать и кровь.
– Почему ты молчишь, варркан Пьер Абан?