— Дамы и господа, — вмешался в дополнительно назревающий конфликт сам Второй Император. — К чему эти споры? На правах хозяина я объявляю, что мы поступим именно так, как предложил Николаев-Шуйский. Ну а так как площадка для дуэли уже готова — вперед, молодые люди! Покажите, на что вы способны!

Буквально через пяток минут Петя уже стоял, сжимая в руках короткую саблю (неплохой артефакт, подаренный мною парню) ожидая отмашки судей. Его оппонент был, в отличии от парня, увешан предметами как новогодняя ёлка, да к тому-же ещё и был старше парня лет на десять — Адепт лет двадцати шести примерно, сжимая в руке дуэльную шпагу, был накачан алхимией так, что всё тело парня нервно подёргивалось, ожидая отмашки к началу боя. Я нахмурился — парень вышел на поединок, нарушив принятые им же условия, и уже за это я имел право вмешаться. За подобное неудачливого защитника чести девицы Столбовой ждал бы позор на долгие годы, с ним посчитали бы зазорным иметь дело все уважающие себя дворяне. Ну, в открытую, во всяком случае… Однако перехватив мой взгляд, Петя медленно покачал головой, и я лишь согласился. Видимо, у моего ученика уже всё учтено, а вечно держать его под своим крылом не выйдет…

В дуэлях насмерть, редчайшем виде поединков, судья был не предусмотрен. Павел Александрович в знак начала боя заставил лопнуть огненный шар над головами противников, и бой завертелся…

Вспыхнувшая багровым свечением шпага врага принялась стремительно чертить полотнищами алого пламени странную фигуру, пытаясь что-то сплести… Вспыхнула силой брошка на груди молодого мужчины, образуя полусферу барьера пиковой для третьего ранга силы, одновременно с тем активировался артефакт в левой руке — небольшой металлический шарик, брошенный вперед, и я лишь покачал головой.

Не знаю, кто этот придурок, но тут уже становилось очевидно, что это не дуэль, а наёмное убийство. Три не самых слабых артефакта, разом активированных этим недоумком — очень редкий Адепт сумеет своей аурой сделать это всё на подобной скорости… Будь Петя обыкновенным одаренным третьего ранга, пусть и довольно талантливым в силу возраста, в котором взял этот самый ранг, он бы тут и погиб. Видно этот мой ход с учеником тоже просчитали и загодя подготовили того, кто должен будет прикончить парня…

Вот только они просчитались, и никакие артефакты не помогут рискнувшему выйти с парнем на поединок уроду. Вспыхнули желтые молнии, засияли разгневанным, яростным ультрамарином глаза вчерашнего крестьянского паренька, являя силу и мощь, которую он сумел унаследовать у своего учителя — и я ощутил, как грудь распирает от гордости.

Вспыхнули видимым одному лишь мне сиянием Сигилы, наложенные на парня моей умелой рукой. Линии багровых вен вздулись вокруг сияющих глаз, и мальчишка сорвался подобно росчерку стремительной желтой молнии. Сабля, выкованная из сплава орихалка и некоторых не менее дорогих металлов, не несла в себе никаких активных чар… Но зато проводила сквозь себя ману и резонировала с чарами воздуха и огня, значительно их усиливая. А большего парню было и не нужно…

По лезвию сабли побежали языки тёмно-красного, злого пламени, и сабля с грохотом ударила в полусферу, заставив ту содрогнуться. Полсотни метров, разделявшие двух Адептов, он преодолел буквально за один миг, и подавляющее большинство присутствующих даже не успели увидеть, что именно происходит. Просто не были готовы к таким скоростям от магов низших, или, как презрительно поговаривают аристократы из знатных Родов, простолюдинских рангов.

Противник, естественно, тоже подобной прыти не ожидал. Вычерчиваемая им в воздухе попросту дрогнула и распалась, а брошенный им вперед артефакт грохнул взрывом у барьера на противоположном конце арены. Грохнул, кстати, весьма знатно, не факт что Петя сумел бы его выдержать… Однако ему и не пришлось.

Не теряя инициативы, парень сместился ещё в сторону, и тут вспыхнули новые молнии… Желтые разряды переплелись с золотом второй унаследованной от меня силой, и помимо скорости плетения чар пацан получил могучее усиление. Языки пламени вокруг него сплелись настоящими потоками, Петя заревел от боли и натуги — плетение мощных атакующих чар вкупе с применением моих молний было огромным, неподъемным пока для него бременем, и из носа парнишки побежали две струйки крови…

Враг, отбросив попытки сплести что-то сложное, выстрелил мощным, переполненным маной воздушным копьём… Вот только на встречу ему ударили чары моего ученика — настоящее копьё из раскалённой магмы, окутанное двуцветными молниями, с метр толщиной и около пяти длиной… Какое там воздушное копьё?! Какой щит?! Усиленное и ускоренное заклятие, по идее почти недоступное Адептам (лишь тем, кто вырос в самых богатых семьях и с детства жрал развивающую алхимию чаще, чем кашку) одним махом накрыло глупца, что дерзнул выйти против моего ученика… А через пять секунд, когда магма растеклась лужей раскалённой жижи, не осталось никаких воспоминаний об убитом молодом человеке.

Петя рукавом стёр кровь, идущую из носа, но молнии не отпустил, хотя это и стоило ему больших трудов. И пусть он победил, но любому мало-мальски опытному чародею было очевидно, что у парня и четверти резерва маны не осталось. Молод ещё, не умеет соизмерять силу, эх… Если бы не стремление победить красиво и быстро, он бы сумел сберечь не меньше половины резерва. Просто затянув бой ещё на пару минут и используя лишь желтые молнии… А так — бледная, но решительная девушка шагнула в круг, как и было условлено.

«Вмешайся и обвини меня».

— Ну нет, твари, — покачал я головой, выходя вперед. — Одного накачанного алхимией и экипированного похлеще целой артефакторной лавки урода выпустили, теперь эта потаскуха выходит в таком же состоянии… Павел Александрович, я вынужден поинтересоваться, как так выходит, что вы молчите? Может, я тоже позволю себе плюнуть на всё и молча уехать — а завтра Шуйские сожгут дотла пару-тройку Родов в вашей столь любимой губернии?!

— Ты угрожаешь мне, юноша? — сузил глаза Второй Император. — Думаешь, я, Романов, испугаюсь каких-то Шуйских?