— Но ты права, — вновь заговорил Гай. — После того, как они поступили с нашей договорённостью, надеяться на их честность не стоит. Беда в том, что они обыгрывают нас в главном — воде. Понимаешь, лесные слишком сильны, они могут перебить всех элсарцев и занять город. Именно поэтому я не остался в Лесу, как собирался в начале, а возвращаюсь на Большие кочки. Мы все вместе поедем на переговоры и убедим лесных заключить с Элсаром перемирие.

— Для чего оно им? — воскликнула Мира.

— Ну... Хотя бы потому что им гораздо выгоднее чтобы Элсар платил Лесу дань, чем самим управлять городом. Кроме того, Элсару принадлежат Рудник и Лечебница. Лесные не будут знать, как дать им толк. А вот если весь народ Азара признает их власть и будет обеспечивать Лес необходимым, это их вполне устроит.

Мира вспомнила про Тиреда и Адель. Что если эти двое на самом деле станут голубями мира, которые принесут Азару благоденствие и покой? У Миры появилось желание рассказать Гаю об отношениях подростков, но мешал крохотный червячок сомнения: «А честен ли он со мной сейчас? Что если он до сих пор ведёт свою игру?»

Признаться, она уже окончательно запуталась кому можно доверять, а кому нет. Всё чаще ей казалось, что в Азаре есть только один человек, который не обманет — она сама.

Остаток пути проделали молча. Когда под ними появились холмы Больших кочек, Гай направил канжди к земле.

— Надеюсь, не нужно объяснять, что наш недавний разговор не для ушей Хадара? — спросил он.

— Весь? — уточнила Мира.

— Да. Старшему агенту не нужно знать, что у лесных вдоволь откукренной воды, полученной без участия мокрозяв. О готовящемся нападении на Элсар и том, что я участвовал в похищении Тиреда — тоже.

— Но почему нельзя рассказать о нападении на Элсар? — удивилась она. — Это может быть очень полезно в предстоящих переговорах .

— Выяснять такие вещи — работа службы агентов, которую возглавляет господин Хадар, — в голосе Гая звучал неприкрытый сарказм. — Если он профукал, это его проблемы.

Мира поморщилась: опять началось это мерение писюнами. Временами ей казалось, что в Гае живут двое: один мудрый и великодушный, а второй глупый, мелочный и безмерно честолюбивый.

Видя, что Вишневский ждёт от неё ответа , Мира сухо отрапортовала:

— Да, босс. Слушаюсь, босс.

Он бросил на неё взгляд через плечо:

— Отлично.

...

Подлетев ближе, Мира заметила, что на берегу происходит нешуточная активность. Люди загружали ладью: кто-то таскал сундуки, другие выстроились цепочкой и передавали друг другу тюки. Все шатры, кроме одного, убрали, и берег казался теперь голым и неприветливым: только камни, усеянные фиолетовыми пятнами грибов. В оставшемся шатре Мира узнала временное пристанище Хадара — шатёр одиноко стоял, напоминая цирк шапито на разорённой земле.

— Они уже полностью собрались в путь, — заметил Гай, глядя вниз.
– И, кажется, хотят уплыть не дожидаясь нас.

— Смотри-ка, мокрозявы и азарцы вместе, — удивлённо добавила Мира. — Чудо чудное, диво дивное. Может, помирились, пока одним лагерем жили?

Вишневский некоторое время смотрел вниз, потом хмуро произнёс:

— Не к добру это.

Внизу их тоже заметили и пришли в необычайное волнение. Люди хлопали друг друга по спинам, показывали наверх, скалили жёлтые зубы. Выражения их лиц вызвали в памяти Миры расплывчатое воспоминание. Она поискала среди встречающих Хадара и Дарину, но их не было. Интересно, стало ли Старшему агенту лучше и в состоянии ли он возглавить посольство в Лес?

Неожиданно Мира вспомнила, что напоминает ей происходящее: первый день в Азаре. Тогда они с Гаем подплывали на лодке к острову Серой Хмари, и его жители вышли их встретить. Они смотрели на Миру с таким же выражением: надежды, граничащей с исступлением. А закончилось всё убийством рыжего вождя и смертью жуткой лысой женщины. Мира невольно плотнее прижалась к Гаю.

— Что? — спросил он.

— Здесь что-то случилось, пока нас не было, — тихо ответила она.

Гай бросил на неё быстрый взгляд через плечо:

— Плохое или хорошее?

Она поёжилась:

— Не знаю... Просто интуиция.

— Интуиция магини — это не кот начхал, — произнёс он серьёзным тоном.

«Неужели что-то ещё произошло с Хадаром и мы остались без предводителя посольства? — подумала Мира. — Или... Ох, да мало ли этих „или“? Одно илистее другого!»

Канжди опустился на землю, взрыв копытами землю и мелкие камни. Гай спрыгнул первым, помог спуститься Мире.

От группы встречающих отделился крепкий мужчина с сальными волосами и недельной щетиной. На правой щеке у него выделялась крупная бородавка —будто ягода ежевики прилипла. Он смотрел на Миру как-то неуверенно, словно хотел о чём-то попросить, но не решался.

— Как у вас тут? — спросил Гай.

— Всё... нормально, — ответил мужчина. Встречающие переглянулись. — Как вы съездили?

Он окинул красноречивым взглядом кровоточащие царапины Вишневского.

— Успешно, — ответила за Гая Мира и тут же спросила: — Где Старший агент?

— В своём шатре, — ответил страж.

Она отметила, что голос у него спокойный, значит хотя бы это трагическое предположение не подтвердилось. Уже легче!

— Дарина с ним? — спросила она. Требовалась пара заклинаний, чтобы привести Гая в норму.