Мира слабо улыбнулась юноше. Теперь тоже окончательно определилась, что делать дальше. Мягко отстранив девушку, Мира забралась на большой, потемневший от сажи камень и закричала:

— Жители Леса! Послушайте меня!

От непривычки выступать прилюдно голос подрагивал. Несколько человек повернулись к ней, остальные же продолжили неприкаянные ходить по пепелищу.

— Я не родилась в Азаре, а была заброшена сюда против воли, — продолжала Мира. — Но он стал моей второй Родиной! Если меня спросят, за что я полюбила этот мир, то я отвечу — за людей, которые здесь живут. За тех, кто поверил в меня и дал мне самой веру.

Она видела, что всё больше людей подтягивается к камню и обступают его полукругом. Мира смотрела в слезящиеся глаза, на грязные лица и видела в них только своих, родных и близких.

— Меня называли мокрозявой, лодочницей, Старшей магиней, избранной, — вновь заговорила она, ощущая, как крепнем голос. — Но я чувствую себя только азаркой и больше никем. Я дома и никому не позволю его разрушить. А того, кто хочет это сделать, найду и уничтожу!

— Да! — закричали в толпе.

Мира выделила голос Адель, поискала её взглядом, но встретилась глазами с Гаем. Он одобрительно кивал. Вдохновлённая поддержкой, Мира добавила:

— А лес мы возродим, обязательно. По листочку, по деревцу. Да, это будет тяжёлая работа, медленная и долгая. Но наши внуки будут засыпать под шум его листьев, как засыпали раньше мы. Я верю в это и отдам всю себя!

Она замолчала, чувствуя, как горло сдавил спазм, а с ресниц сорвались слёзы. Заметив справа движение, Мира повернула голову и увидела духа Леса. Чёрный от копоти, как и всё вокруг, он сидел, опираясь на хвост и смотрел на неё тускло блестящими глазами.

— Я убью Абрахаза, — сказала ему Мира. — Даже если станет последним, что я сделаю в жизни.

...

В дорогу собирались быстро и деловито. Было решено, что верхом Вилюн точно не доедет, поэтому Мира магией сплела плотную сеть, вроде гамака, который привязали к сёдлам двух канжди. К тому же Мира укрепила его снизу «воздушной подушкой». Затем бережно вынесли из шалаша Вилюна и положили его в «гамак». Адель сновала туда-сюда, каждый раз вспоминая о том, что забыли что-то важное: то надо бы положить то кожаную фляжку с водой, то мешочек с засушенными ароматными травами. Сказать по правде в важности трав Мира сильно сомневалась, а сама Адель раздражала бурной деятельностью. Но Мира ничего ей не говорила, думая, что пусть лучше так — это отвлекает от горя.

— Никак не могу привыкнуть к двум ногам, — смущённо поделилась после очередного «туда-сюда» Адель. — Я стала такой медленной.

Мира подавила невольную улыбку и шепнула:

— Тебе идут эти ножки. Очень симпатичные.

Девушка смутилась ещё сильнее, опустила длинные рыжие ресницы.

— Это Сухири на меня так подействовал, — убеждённо сказала она.

Мира не стала ничего говорить об убийстве Колдуна и спавшем проклятии. Верит в чудодейственную силу Сухири — пусть верит.

— А я ещё ехать туда не хотела, — продолжала Адель. — Папа с Вилюном уговаривали.

При мыслях об отце её губы опять задрожали, а глаза наполнились слезами.

Мира тяжело вздохнула, хотела сказать что-нибудь утешительное, но её перебил Гай.

— Всё готово, поехали, — сказал он.

Провожать их собрались все, кто был. Даже дух Леса пришёл и молча сидел в стороне, светя глазами-лампочками.

Только когда Вилюна положили в гамак, он приблизился и какое-то время сверлил его лицо красными лучами, будто из лазерной указки. Мира не удержалась от любопытства и украдкой попыталась «подключиться» к ним — послушать безмолвный разговор. Но услышала только белый шум.

— Избранной и Гаю нужно держать зверей вровень, — напутствовал Кауло. — Лесной маг летать не умеет, если выроните — упадёт.

— Спасибо, капитан Очевидность, — пробормотала Мира, забралась на канжди, с тревогой посмотрела Вилюна. Выглядел он не лучше прежнего, но, слава богам, и не хуже.

«Всё в порядке, долетим,» — сказал его голос в голове Миры.

Гай сел на своего зверя и кивнул ей. Мол, погнали. Сделав несколько шагов для разгона, зверь оторвался от земли и стал подниматься, держась вровень со вторым. Лесные замахали им руками. Мира с тревогой посмотрела на гамак. Несмотря на все меры подстраховки, её не отпускал страх, что сеть оборвётся. Но тревоги оказались напрасны: висел гамак надёжно.

«Говори», — приказал Вилюн, не открывая глаз.

«О чём?» — растерялась Мира.

«О чём угодно. Иначе меня затягивает».

Она со страхом взглянула в его лицо.

Вилюн через силу улыбнулся:

«Давай. Расскажи про мир, откуда к нам прилетела».

«Ну... Он без магии. Совсем», — она на миг представила, что делал бы Вилюн, попав в её мир. Наверное стал бы врачом. Или учёным. Но, скорее всего, ему было бы там скучно.

Тут она вспомнила, что не выяснила у мага один важный вопрос.