Она подумала о слуге Проле. Почему-то же он дал ей шарик-маячок, позволяющий различать реальность и сон. Но можно ли ему, всю жизнь преданному дому Великого Хранителя довериться в поиске голограммы? Нет, слишком рискованно. И вообще, чем меньше людей знает о том, что ищет Жэй, тем лучше.

Страж прислонился к стене, некоторое время изучал Миру, и ключ сновал по его пальцам, словно белка.

— Что в шляпе? — спросил он. — Мне нужно знать. Или не возьмусь.

Их взгляды скрестились.

«Всё-таки подослан», — подумала Мира и сказала как можно равнодушнее:

— Значит, не берись, — тут же подумала, что это слишком резко и мягче добавила: — Прости, но я не могу сказать. От этой вещи зависит даже не одна жизнь, а... можно сказать, ход истории. Что если тебя поймают и ты выдашь тайну? Ты, конечно, очень крепкий парень, но... Я уже познакомилась с новым Старшим агентом и представляю, как они вытягивают правду.

Жэй усмехнулся, подкинул ключ в воздух. Он завертелся и упал ему на ладонь. Страж сжал его в кулаке и сказал:

— Допустим, я найду шляпу. Что дальше?

— Мне из этой комнаты не выйти. Поэтому тебе надо будет отвезти шляпу в Лес и передать её Владыке или его магу Вилюну. И рассказать всё то, что ты от меня узнал. Думаю, они сообразят, как добраться до того, что в ней скрыто.

Он озадаченно нахмурил брови:

— Почему тебе отсюда не выйти?

— Орден установил вокруг этой камеры магическую преграду.

Перехватив его недоверчивый взгляд, Мира добавила:

— Кроме меня её никто не ощущает. Остальные могут спокойно входить и выходить. Она настроена только на меня.

— А ты, похоже, важная птица, — заметил он.

Мира болезненно поморщилась:

— Знаешь,на Азаре я уже не раз наблюдала, как свергают прежних кумиров, а любая мелюзга может стать значимой фигурой. Только это ненадолго. Пройдёт время и её тоже сомнут и отбросят, как куклу, с которой наигрались.

Жэй опустил ключ в нагрудный карман, подошёл к столу и стал неторопливо составлять друг в друга плошки. Мира с напряжением ждала, каким будет его решение.

— Если откажешься, я тебя пойму и не осужу, — сказала она, не выдержав молчания. — Только прошу, сохрани этот разговор в тайне.

Он собрал плошки в одну руку, подошёл к двери, обернулся:

— Я поищу твою вещь. Но ничего не обещаю.

Мира улыбнулась, стараясь выглядеть спокойной:

— Конечно.

— Какой сундук искать? Как он выглядит?

Мира подробно описала и сундук и шляпу. Жэй кивнул, ушёл. Оставшись одна, она в изнеможении рухнула на кровать. Этот разговор вымотал её не меньше, чем кукрение воды или магия. Какое решение примет Жэй? Будет рисковать или постарается забыть об этом разговоре и жить, как раньше — спокойно и размеренно?

Стоило закрыть глаза, как перед Мирой словно наяву встали перекошенные злобой и отчаянием лица мокрозяв в камере.

«Не понимаю, почему ты отказываешься, — прозвучал в голове голос Жэя. — Ты могла бы хоть немного им помочь».

— Стоит один раз пойти на уступку и потом я только и буду делать, что плясать под его дудку, — прошептала Мира. — Я действительно помогу мокрозявам, если предотвращу гибель Азара. И не только мокрозявам.

Сейчас она жалела, что не ответила Жэю именно так. Да, это был бы достойный ответ — а не то, что она лепетала про свои хотелки. Хотя, какая разница, что она сказала? Мысль о том, что она, едва почувствовав в себе силу, оказалась заперта в этой вилловой комнате, сводила с ума.

«Я была слишком самонадеянна, — думала Мира. — Мне показалось, что я стала равна богам, да что там, сама стала богиней. Вседержительница! А они меня вот так, об землю в лепёшку...»

Она села на кровати, осмотрелась. От осознания собственной беспомощности, хотелось что-нибудь разрушить. Заметив краем глаза что-то на стене, присмотрелась. Там было что-то выцарапано, но основная надпись уходила вниз под кровать, а наверху была только завитушка буквы «З». Мира спустилась на пол, отодвинула кровать от стены. Теперь она могла прочитать надпись полностью.

«Здесь жила Алекса. Помните меня».

Мира вздрогнула всем телом. Похоже, сегодня её обступили все призраки прошлого. Чётко вспомнился грохочущий по рельсам поезд и отчаянный крик Алексы: «Мира! Пожалуйста, дай мне шанс! Я всё поняла! Прости меня! »

— Я простила, — прошептала Мира. — Давно простила. Просто такая уж здесь жизнь: или ты их, или они тебя.

Она обошла комнату, разглядывая её совсем другими глазами, Значит, здесь жила её противница. Здесь готовилась к турниру, боялась, плакала, надеялась. Мире отчаянно захотелось увидеть её вновь, выпить на двоих бутылку браги и сказать: