– Кранноки люди Теннебриель.

– А кто она такая? Девчонка, которая станет бороться против тебя самого и всего, за что ты выступаешь, как только сделается Императрицей.

– Ее я смогу держать в узде.

– Думаешь? Ты до сих пор веришь, что она глупенькая несмышленая девочка?

Черная волна страха и подозрений окатила вдруг Эпту с головы до ног, а когда она схлынула, сознание его прояснилось. Но в этой ясности таилась угроза.

– Умом она не уступит тебе самому, - прозвучал голос.
– До сих пор она это ловко скрывала. Я долго следил за ней глазами Улларги, моего послушного орудия. Ах, какие картинки показывала мне старая карга!

Предсмертный крик Кромалеха, крик любви, снова ворвался в сознание Эвкора Эпты.

– Глупо было с твоей стороны доверять девчонке, Эпта. Она и Кромалех были любовниками. И ему вовсе не понадобилось ее соблазнять. Она сама кинулась ему в объятия.

Усилием воли чиновник сохранил спокойствие.

– Может быть, и так, - ответил он, с трудом шевеля пересохшими вдруг губами.
– Но теперь у нее нет причин отворачиваться от меня.

– Это ты так думаешь. Но послушай, что я тебе предложу. Пусть враги войдут в лагуну. А когда завяжется битва, мы с тобой уничтожим их всех одним ударом.

Смелое заявление чародея ошеломило Эвкора Эпту, и он вместо ответа озадаченно уставился в карту.

– Как? У меня людей не хватит. А твоих тварей я в город не пущу.

– А зачем нам люди, когда есть море? Твои враги утонут, как новорожденные котята, - злобно проскрежетал голос, и чиновнику показалось, что он услышал в нем далекий отзвук того Потопа, который чуть было не стер Острова с лица земли.

– Как это сделать?
– сипло прошептал он в ответ.

– Ты хорошо знаешь старый город под землей. Известно тебе и о древнем заклинании, которое спасло его от затопления. В сущности, оно и до сих пор не утратило своей силы, иначе море хлынуло бы в катакомбы старого города и залило бы их до самого верха. Я поделюсь с тобой своим могуществом, и мы вместе снимем старое заклятие. Морские воды зальют нижний город. В лагуне образуется воронка, и все корабли, которые будут в это время внутри острова, неминуемо засосет на дно. Так ты избавишься от всех своих противников разом: и от Оттемара Римуна с его союзниками, и от Труллгунов, и от Гамаваров, и от Кранноков.

– А флот Феннобара?

– Тебе он не понадобится. Когда все кончится, ты и другие люди Истинной Крови сами решите, что делать с теми, кто случайно уцелеет в катастрофе. Остров Медальон будет вашим, а с ним и вся Империя. А Теннебриель станет цепной собакой у твоего трона.

Эпта продолжал смотреть в карту, напряженно обдумывая услышанное. Отменить старинное заклинание! Что ж, это возможно. И тогда все, что ему было обещано, осуществится.

– А что потом?
– поднял он глаза на стоявший перед ним труп старухи.

– А потом я уйду и не буду смущать тебя больше. Единственное, что от тебя потребуется, - не высовывать носа с Золотых Островов и не вмешиваться в мои дела в других частях Омары. Готов ли ты заплатить такую цену?

– Признаюсь, у меня никогда не было желания завоевывать другие земли, - холодно ответил Эпта.
– Я только хочу вернуть Золотые Острова законным владельцам. Окружающий мир дик и не представляет никакого интереса. Можешь забрать его себе. Но все же мне непонятно, почему вдруг ты предлагаешь мне свою поддержку? Я не настолько наивен, чтобы поверить, будто твой поступок продиктован исключительно симпатией ко мне.

Чародей усмехнулся:

– Когда привыкаешь жить обманом, невольно начинаешь подозревать всех остальных. Золотые Острова представляют угрозу моим интересам, и я хочу ее устранить. Если Оттемар получит трон, то не пройдет и года, как он начнет посылать против меня эскадру за эскадрой. У меня хватит сил, чтобы с ними справиться, но жалко тратить время на такую ерунду. Помогая тебе, я надеюсь достичь двух целей разом: предотвратить затяжную войну и обрести союзника. Я не собираюсь лезть в твои дела, однако может случиться, что мы снова понадобимся друг другу. Ты убедишься, что я умею быть благодарным, Эвкор Эпта. Так что решай, и поскорее.

– Как сделать то, о чем ты говоришь?

– Собери преданных тебе людей и начинайте творить заклятие. А я добавлю своих сил. Сам поймешь, когда начать.

Эвкор Эпта снова уставился в карту. Никогда в жизни он не принимал решений с ходу, ему всегда требовалось время на обдумывание каждого шага, каждой детали нового плана. А тут от него требовали, чтобы он отказался от привычки всей жизни и кинулся в новое дело как в омут с головой, поставив все на карту. Но он не привык рисковать. Медальон неприступен, и никакая помощь со стороны ему не нужна.

С другой стороны, предложение заманчивое, очень заманчивое! Уничтожить всех врагов разом. Возродить величие народа Истинной Крови! К тому же этот Анахизер рассуждает вполне логично, а его стремление к власти объясняет, почему он решил подкинуть такую жирную наживку. Чиновник медленно кивнул:

– Хорошо. Я подумаю.

– Решай скорее. Я буду ждать.
– Голос затих так же неожиданно, как зазвучал. Труп старухи упал на пол. Эвкор Эпта наклонился над ним, осветил лампой его лицо и отпрянул с гримасой отвращения.