— Никак. Вообще какого черта ты собрался делать? Она предательница империи и как следствие, без пяти минут покойница. Я не позволю тебе позорить мое имя. Тем что ты будешь показывать свое благоволение к человеку, осмелившемуся открыто пойти против меня, пошатнуть мой авторитет и вообще вести себя не так, как положено бесправному рабу, выставит меня посмешищем. Так что ищи себе другую игрушку, знающую про твои чертовы фейерверки. — Прорычал раздраженно Эдан, поднимаясь с ковра.

— Рей, как ее зовут?

— Ты думаешь, я знаю имя каждой наложницы нашего Императора? — Фыркнул мужчина, демонстрируя самый беспечный, расслабленный вид из тех, что мог принять уставший от однообразной роскоши Древний. — Их там вроде хрелион.

— У рабов нет имен! — Прорычал откуда-то из угла обиженный император.

— Бросьте. Это имя вы точно должны знать! Да она же тебе зубы выбила!

— Прости великодушно, я как-то забыл поинтересоваться у вшивой рабыни…

— Она ему не сказала. — Перебил брата Реиган, услышав в ответ злобное шипение.

— Другое дело. Возможно, она сказала его тебе? — Пэри склонил голову набок, замечая как мрачный хранитель севера приоткрывает глаза. — И прежде чем ты спросишь «с чего это?» напомню, что я не идиот и что первым вопросом, заданным тобой по пришествии сюда было «почему именно гарем, Эдан».

— Вообще-то, я сначала спросил, какого черта вы болтаете как бабы…

— Данный вопрос был риторическим. Не в счет. Тебя интересует женщина?

— Не больше, чем твоя новенькая монашка.

— Имя?

— Спроси у Императора.

— А я спрашиваю у тебя.

— А я тебе отвечаю, чтобы ты шел к черту со своими вопросами.

— А я спрашиваю снова. — Безразличное, хладнокровное молчание. — Хорошо… Эдан?

— Все называют ее Безымянной. И если я узнаю, что она получает какие-то привилегии в отличии от других шлюх, я ее прикончу, не спрашивая твоего разрешения.

— Придется спросить. Если девочка оправдает мои самые смелые ожидания я потребую ее в качестве твоего щедрого подарка. Хотя стоп, если учесть, как ты к ней относишься, подарок будет — так себе. О, а я уже говорил, что для статуи Вайлона нужно золото и рубины? Только золото и рубины. Это возвращаясь к разговору о подарке. Я думал, ты выделишь из королевской казны…

— Черта с два. Свадьба и так опустошит казну. Проси у Реигана, все знают, что он собирает это добро всю свою жизнь. Мне трудно представить объем его богатств, но одно знаю точно — золота у него хватит на три сотни статуй.

— Больше. — С гордой отстраненностью бросил Реиган.

— О, теперь я понимаю, почему все так рвутся завоевать север. Раньше я ломал голову над тем, какого черта нашим врагам нужны снега и льды Инверна, теперь все встало на свои места. И все же меня не затащишь на проклятый север даже обещанием золота. Так что придется затянуть пояса, как выражаются люди.

— Я тебе не дам золота, как раз потому, что ты выражаешься как люди. — Отрезал оскорбленный император.

— Ты не любишь их лишь потому что слишком молод и горд. — Отозвался беспечно Пэри, закрывая с хлопком свою рукопись. — Вот Рей меня понимает, не так ли?

— Да, пропеченные они довольно вкусные…

— О черт, какая гадость, только не говори мне, что ты… — Слова обескураженного Эдана утонули в смехе Пэри.

— Рей шутит? Этот день войдет в историю!

Не трудно догадаться, это был очередной объятый безудержным солнцем день в проклятой столице. Сухой ветер не приносил на своих поцелованных солнцем крыльях никаких вестей от кучевых, кажется забывших об этих краях. Дождь был бы слишком щедрым благословением небес.

Ким нахмуренно посмотрела сквозь густорастущие ветки дерева, под которым сидела, отмечая, что время ближе к полудню… если в этом мире вообще есть такое понятие.

До свадьбы три дня. Итоги последней недели — круглый ноль.

Веста блестяще справилась со своей задачей, добыв нужный материал, и только Бог знает, сколько страха ей пришлось при этом натерпеться. Глицерин есть, плюс. И что дальше? Как синтезировать серную и азотную кислоту? Без оборудования и лаборатории. Если исключить еще сам факт, что это чистое самоубийство…

Сейчас все готовиться к шикарному празднику, воистину королевского размаха. Веста, скорее всего, слишком занята на кухне или во дворе. И все же, вместе с наполненными глицерином зашитыми бычьими пузырями, Ким нашла испачканным мелкий клочок краденой бумаги, носивший на себе два слова: Сделай это.