— Ох, сколько почтения в вашем голосе. Интересно, а если бы я согласилась на то щедрое предложение, мы бы с тобой еще встретились?

— Конечно. — Прищурился мужчина, обнажая клыки в подобии ухмылки. — На том свете. А если учесть, что я туда не тороплюсь, ждать пришлось бы очень долго.

— А нет. Все-таки ты научился шутить. — Тихо рассмеялась Ким, вытаскивая из волос шпильки. — Но я после смерти собираюсь на небеса… все-таки, я спасла две жизни.

— А сколько жизней по твоей вине было отобрано?

— О, Ри, твой голос так похож на голос моей совести… может ну ее, совесть? Я не буду особо сопротивляться, если за нее временно поработаешь ты. Ты просто сущий ангел, так проникновенно рассказывать мне о погубленных душах. — Девушка медленно освобождала волосы, с удовольствием замечая, что за ней внимательно наблюдают. — Я пошутила про небеса, не переживай. Там место забито твоим очаровательным братом. Благодетелем и праведником. Я говорю про младшего, хотя средний тоже тот еще… святоша. Особенно если учесть, что он управляет монастырем.

— Хочешь поговорить о моей родне?

— М, когда ты спросил… давай поговорим о тебе. — Когда Ким бросила на него взгляд из-под густых, темных ресниц, мужчина резко отвел взгляд. — Почему ты не отказался?

— От чего?

— Ты прекрасно знаешь, от чего. — Бросила раздраженно Ким, взбивая волосы, чувствуя как головная боль постепенно отходит, уступая место элементарной усталости. — Тебя же никто не смеет заставлять. Я так подумала… если уж Пэри ни во что своего брата не ставит, как к нему относишься ты. Ты дал мне убежать специально? Тебе нравится догонять. Ты знал, что этим все закончиться. Наслаждаешься?

— Едва ли. — Кинул мужчина, так и не поворачиваясь.

— Ах… — Девушка медленно размяла затекшую шею. — Ты выглядел исключительно довольным, когда… поставил меня на колени. Образно. Ты победил. Пока.

— Сколько покорности.

— Зачем глупо бунтовать? Шторм всегда начинается внезапно и после затишья.

— Так чего же ты ждешь?

— Затишья… а может, того момента, когда тебе самому захочется меня отпустить.

Кажется, эти слова его ошарашили.

— Ты за кого меня принимаешь? — Прорычал Реиган, цепляясь за нее яростным взглядом. — Я в твои игры не играю, женщина.

— Ох, ну наконец-то. Ты разглядел во мне женщину. — Ким поднялась, поворачиваясь к нему спиной. — Ты мне не поможешь с застежкой на шее?

— Нет. — Бросил резко мужчина, вновь отворачиваясь.

— Какая заслуга, Ри. Спорю, этого трудно добиться…

— Нет, нужно всего лишь затуманить разум моего похотливого братца и разнести к дьяволу родовое поместье всех императоров. — Реиган резко отвернулся, когда его метавший молнии взгляд наткнулся на женское тело, с которого соскользнула черная ткань. — У тебя вообще отсутствует стыд?

— Но ведь именно ты сюда пришел. — Пробормотала Ким, забирая банное полотенце с крючка и обвязывая его вокруг груди. — Как странно, Ри. Ты такой весь из себя бесстрашный, пугаешься обнаженную женщину. Я же безоружна и слаба.

Безоружна, как же. Черт.

Реиган старался не смотреть на то, когда она вновь опустилась на скамью, начиная развязывать ленты и медленно снимать их сначала с бедер, потом с икр, заканчивая туфлями, которые она откинула, блаженно выдыхая.

— Тебе понравилось?

— Что? — Хрипло пробормотал мужчина, изучая пол, затронутый сыростью.

— Мое фееричное выступление. Было нелегко справится со страхом. Я всегда боялась сцены. Это общелюдское. Страх чужого неодобрения.

— Какого черта я там забыл…

— Брось, милитиам. — Девушка легла на скамью, распрямляя уставшую спину. — Ты же не собираешься лгать как мальчишка, которого застукали за неприглядным делом? Просто скажи…

— С чего ты взяла…

— Да потому что все мое тело горело как в огне, когда я была там. — Усмехнулась Ким, накрывая глаза предплечьем. — Это значит, что кто-то просто испепелял меня взглядом. О чем ты думал в тот раз?

О чем он думал?

Собраться с мыслями было трудно. Почему-то он всегда слишком медленно соображает, когда эта девчонка рядом. Да еще в таком виде. Одна из причин держаться от нее подальше.

На самом деле, он много о чем думал в тот раз. Он был возмущен и взбешен ее поведением. Неприкрытым соблазнением и такой откровенностью. Приличные девушки столицы уже давно бы убежали с визгом, морща напудренные носики, а потом бы еще долго пускали сплетни об увиденном.

Она была слишком… сексуальна в тот раз? Непозволительно. В тот раз, на мгновение ему показалось, что движения ее тела открыли ему великую тайну: почему мужчины ведут войны из-за женщин.