— Эйлия?

На этот раз слова были произнесены вслух, так как Нийкс уже поднялся на скалы рядом с ней.

Она одеревенело повернулась к нему и открыла рот, не в силах ответить, не говоря уже о том, чтобы собраться с мыслями.

Он протянул руку, прикоснувшись пальцами к месту прямо под ее глазом, прямо у края маски.

— Звезды, что случилось с твоим лицом?

Потерявшись в панике, Алекс едва расслышала его вопрос.

— Подожди, это… — Нийкс замолчал, сосредоточенно нахмурившись. — В твоих воспоминаниях… — Его лицо побледнело. — Эйлия, это то место, куда тебя ударила ветка?

Оцепенев от страха, она с трудом втянула воздух в свою сжатую грудь.

— Ничего страшного, Нийкс, — прохрипела она. — Сейчас у нас гораздо более серьезная проблема.

Не имело значения, были ли люди сегодня вечером в городе не для торговли… они все равно были торговой делегацией, которая вошла в город. Отчет об истории Д.К., возможно, был неправильным с его подтекстом, но ужас от запомнившихся слов поразил Алекс гораздо сильнее, чем удар любой ветки ей в лицо. Если эта версия истории верна, гарсеты Эйвена собирались уничтожить людей… сегодня ночью.

— Но это не имеет никакого смысла, — сказала Алекс вслух, ее глаза оставались расфокусированными, даже когда Нийкс прошептал ее имя сдавленным голосом.

Игнорируя недавнюю смену убеждений Эйвена, до сих пор не было никаких доказательств того, что он проявлял какое-либо желание убивать смертных — просто чтобы разорвать торговое соглашение. Сегодня вечером он ни за что не собирался устраивать кровавую ярость, которая привела бы к тому, что слова Д.К. сбылись. Чтобы это произошло, ему нужно было что-то невероятно радикальное, чтобы подтолкнуть его к краю пропасти. Что-то, что…

— Эйлия, — снова прошептал Нийкс, на этот раз его полный ужаса тон проник сквозь туман ее разума. — Пожалуйста, скажи мне, что Эйвен не видел твоего лица.

Прежде чем она смогла потерять контроль над своей паникой и нарушить свое обещание, приказав ему забыть о ее лице, он убрал руку, подняв большой палец вверх, чтобы она могла увидеть причину его пораженного выражения.

Кровь.

Темно-красная кровь.

Она хлопнула себя ладонью по щеке, чувствуя тонкий рубец прямо под глазом и струйку крови на коже.

— Нет, — выдохнула она, вспомнив страдальческое выражение лица Эйвена, огненную муку в его взгляде. Это была не его реакция на ее отказ — это была его реакция на то, что он увидел ее кровь. Это была его реакция на осознание того, что ему солгал смертный, предал смертный… Что он влюбился в смертную.

Если и было что-то, что могло вывести Эйвена за грань разумного и превратить его в хладнокровного убийцу, Алекс знала, что это могло быть.

Тогда к ней пришло еще одно воспоминание, которое ускользнуло от нее, когда она попыталась вспомнить его несколько недель назад, поняв, что это было действительное предупреждение от Нийкса из будущего: «Удар ветки решит все. Все изменится… Или, скорее, ничего не будет».

С глазами, полными ужаса, Алекс не стала больше ждать ни секунды. Она с разбегу спрыгнула со скалы и, проигнорировав испуганный крик Нийкса, призвала вокруг себя Валиспас, направляясь прямо ко дворцу.

Глава 34

Сначала Алекс услышала крик, меяринский слух уловили звук задолго до того, как глаза увидели его причину. Разум отключился от безумных криков, заставив потерять контроль над Валиспасом, который бесцеремонно выбросил ее в нескольких улицах от дворца.

Чувствуя себя так, словно она двигалась сквозь туман, Алекс поспешила пробраться сквозь толпу меярин, пока у основания дворца не открылось пространство, где группа вооруженных Зелторов пыталась успокоить тех, кто не мог убежать достаточно быстро. Казалось нереальным думать, что всего несколько минут назад они все смеялись и танцевали. И теперь они кричали.

В отличие от пораженных меярин, пытавшихся убежать, Алекс пробилась вперед, не сводя глаз с гризли, стоявшего перед ней.

Они все были там. Все шестеро. Бенси Хейз и ее собратья-люди. Алекс не могла вспомнить имена остальных, но она узнала их лица. Эйвен нашел их и пригласил на фестиваль… в качестве подарка для Алекс.

Подарка, который он и его гарсет убили в приступе слепой ярости.

На онемевших ногах Алекс подошла и присела на корточки, и подняла берет Бенси, брызги крови на нем, она крепко прижала берет к груди, не обращая внимания на пятно, которое он оставил на ее платье.

Она услышала скулящий звук и огляделась только для того, чтобы понять, что шум исходит от нее. Она сжала дрожащие губы, но звук продолжал звучать в ее голове, как пронзительный звон в ушах.

— Эйлия, что… что здесь произошло? — прошептал Нийкс, очевидно, последовавший за ней со скал.