Николай облегчённо выдохнул.

— В духе — это уже легче.

— Не скажи, — возразил Шаман, — многие оттуда не возвращаются.

У входа в чум послышались чьи-то сердитые голоса. Шаман выглянул наружу.

— Что там? — спросил Николай.

— Это Кенкар, — ответил Шаман, — он хочет твоей крови.

— А ему-то я что сделал?

— Кенкар должен был стать земным мужем Даймунги.

— Земным?

— Да. Обычное дело. При посвящении Даймунга должна вступить в брак с духом-покровителем, а вернувшись — в земной брак с Кенкаром.

— В брак с духом? — не поверил Николай. — Так они там и… У неё и дети от этого брака будут?

— У неё вряд ли; разве что она решит остаться в нижнем мире. Хотя всё возможно. У мужчин с этим проще — у меня, например, три сына от земного брака и два от небесного. Так часто бывает.

— Небесного? — переспросил Николай. — Так ты белый?

Шаман кивнул.

— Да. Поэтому я не смогу проводить тебя вниз. Расскажу, что знаю.

— А мне обязательно надо идти? — спросил Николай. — Я могу отказаться?

— Можешь, — ответил Шаман. — Отказаться ты, конечно, можешь. Но идти всё равно придётся. Вопрос лишь в том, какое тело ты оставишь здесь — живое или мёртвое.

— Понятно, — вздохнул Николай, — Ладно, разберусь на месте.

— Только не задерживайся между мирами, — предупредил Шаман, — у тебя мало времени. Иди на запад и как только увидишь проход, сразу ныряй. Если Даймунга погибнет…

— Убьют? — спросил Николай.

— Нет. Но племя не может без шамана. Если они потеряют удаган, тебе придётся занять её место. А это, поверь, не самая завидная судьба.

Только теперь Николай начал понимать, насколько всё серьёзно.

— Мне надо идти прямо сейчас?

— Часа через два, — ответил Шаман, — Акивуль уже готовит отвар для тебя.

Уточнить, что за отвар, Николай не успел. В чум ворвалась разъярённая Кузя.

— Какого рожна ты полез к Даймунге?! Шёл бы себе мимо! Но нет, ты ведь ни одной юбки пропустить не можешь!

— На ней же не было юбки, — возразил Николай.

Это взбесило Кузю ещё больше.

— Издеваешься?!

Она схватила Николая за грудки и с силой тряхнула. Потом обняла и прижалась к нему всем телом.

— Какая же ты всё-таки скотина! Ты ведь сюда за мной шёл. Ты ведь меня искал. А увидел молоденькую девку и обо всём забыл!

— Не мог же я её там оставить, — попытался оправдаться Николай, — ночь она бы не пережила. Посмотри на неё — кожа да кости, в чём только душа держится.

— Ничего бы с ней не случилось, — возразила Кузя, — с телом, по крайней мере. То, что может её убить, совсем не здесь.

— Я же не знал… — начал Николай, но Кузя закрыла ему рот ладонью.

— В этом твоя проблема. Лезешь куда попало очертя голову. Орочены — народ суровый, мог бы сначала узнать об их обычаях. Или тебя уже и в гугле забанили?

— Некогда было, — ответил Николай. — Мы же сразу сорвались, как только Бестия про вас рассказала.

Кузя не смогла сдержать довольной улыбки.

— Да всё я понимаю. Ты, конечно, грубый солдафон, но ты всё равно лучше всех.

Она встала на цыпочки и поцеловала Николая в уголок рта.

— А где Макар? Он с тобой?

Николай отрицательно покачал головой.

— Нет. Он подвернул ногу и остался в Софийске. Ничего страшного, через две недели будет как новенький. Мы договорились, что он встретит нас в Усть-Ургале.

— Так ты в одиночку пошёл через пороги?! — восхитилась Кузя. — Полкан, ты мой герой!

И она снова поцеловала Николая. Шаман недовольно кашлянул.

— Хватит обжиматься! У нас мало времени. Ты же ни к чему не готов!

— Конечно, — согласился Николай. — Такому меня точно не учили.

Шаман усмехнулся одними губами.

— Думаешь, этому можно научиться? За полчаса пройдёшь курс молодого бойца и начнёшь шляться по иным мирам, как по супермаркету? Забудь; внизу тебе во всём придётся разбираться самому. Я дважды спускался под землю — но у себя, на Аляске. Здешней географии я не знаю. А Кузя, наоборот, знает матчасть, она подготовилась к нашей поездке. Но практического опыта у неё нет. То есть её знания могут оказаться или не совсем точными, или совсем неточными. Отнесись к ним как к примерным ориентирам; внизу всё может оказаться иным.