Появляется Еев.

Студент. Вы уже наработу? Посветить?

Еев. Наогонек.

Школьница. Присаживайтесь. Я навас орать не буду.

Студент. Где ж МузаАхатовна?

Школьница. Мишка!

Еев. Они там с пельменями возятся.

Студент. С пельменями? Недурно. А этот?

Еев. Этот помогает.

Студент. Домовитый!

Школьница. Ты б знал какие пельмени готовлю я: пальцы съешь. Из четырех мяс!

Студент. Как, Ермил Владимирович: жениться наэтом чуде природы?

Школьница. Очень надо! Так я затебя и пошла!

Студент. Все! Вопрос снят.

Еев. Где Иван Лукич?

Студент. Там где-то.

Еев. А вам, Миша, МузаАхатовнаничего не говорила?

Студент. В смысле?

Еев. О костях.

Студент. О лагерных?

Еев. Вынь ей, понимаете, даположь!

Студент. Может, Ермил Владимирович, так и сделать? Ей надо ведь! Неужто вчетвером-то Ваньк не одолеем?

Еев. Нельзя, нельзя: опасно!

Студент. Заразы, можно выразиться, напустим?

Еев. Заразы.

Студент. Правильно! Подлинный ученый и не должен отвлекаться напостороннее.

Еев. Вот вы, Миша, издеваетесь...

Студент. С чего вы взяли?

Еев. ...ау меня отцаарестовали еще до моего рождения. Ну, и так далее. Когдая окончил школу, в пятьдесят четвертом, я не смог поступить в университет элементарно потому, что для меня был закрыт въезд в Москву.

Студент. Только не надо Сталинаприплетать!

Еев. Я с собою просто ничего поделать не могу: обожженный, калеченный.

Школьница. Дурак ты, Мишка!

Еев. И до тех пор, покане произойдет наш, отечественный Нюрнбергский процесс...

Школьница. Во даете!

Еев. Не знаю, как он будет у нас называться: Магаданский, Абаканский...

Студент. А никак не будет.

Еев. До тех самых пор я не смогу не чувствовать себя... в подполье, что ли... наоккупированной территории. А сознание мое будет искажено, как любое подпольное сознание. И я бы вас очень просил...

Из темноты шумной, смеющейся компанией появляются Муза, Александраи Мотоциклист.

Муза. Так больше не сердишься, Саша?

Мотоциклист. Разве можно навас, Музочка, сердиться?

Школьница. О, музыка! музыка!

Муза. Наменя-то? Вы еще не знаете, как царапаются драные кошки!

Александра(укоризненно). Муза!

Еев. Ты зачем, Саша, тащишь гитару?

Муза. Неужто, Еев, не споешь в мою честь?

Мотоциклист. И я могу. Высоцкого.

Муза. Видите, Игорь: костер полыхает.

Студент. А что, МузаАхатовна? Ваш попутчик сомневался?

Школьница. Мишка!

Мотоциклист (протягивая руку Студенту). ПопутчикаМузы Ахатовны зовут, между прочим, Игорь.

Еев (Александре). Как себя чувствуешь?

Студент. А ученикаМузы Ахатовны -- Михаил. (Протягивает Мотоциклисту руку, но, не дотянувшись, смешно падает.) Звиняйте, дядьку, споткнувся.

Александра. Нормально, Милечка.

Мотоциклист. Наровном месте?

Муза. Как ты сказала? Милечка? (Хохочет.)

Школьница(Студенту). Чего это ты?

Александра. Чем я вас, МузаАхатовна, насмешила?

Студент. Пустяки.

Муза. Опять Ахатовна? Сашенька, миленькая! Дане над тобой я, не над тобой!

Мотоциклист. Надваслова, Оля.

Муза. Над собою.

Студент. Что у вас, интересно, засекреты?

Школьница. Он у меня, Игорь Константинович...

Мотоциклист. Просто Игорь.

Школьница. ...уж-жасно ревнивый. Глядите!

Мотоциклист. Тем интереснее. (Отводит Школьницу.)

Студент. Вы, Саша, слышал, покидаете нас?

Мотоциклист (тихо, Школьнице). Странные у твоего хахаля кульбиты.

Школьница. А я при чем?

Муза. Онаеще, Мишенька, не решила.

Мотоциклист. Смотри! я тебя предупредил! (Возвращается к костру.)

Студент. Ой, не женюсь, Ольга!

Мотоциклист. Не расстраивайся. Тогдаженюсь я.

Школьница. Очень надо!

Муза. Какой вы, однако, легкомысленный.

Мотоциклист. Если б я, Музочка, мог надеяться...

Муза(поет как Кармен). Ждать я не запрещаю, анадежда -- сладка.

Еев (Мотоциклисту). Вы, я слышал, аспирант?

Мотоциклист. Ага. Заочный.