Гу Юнь не знал, что и думать. Пока он сидел в тюрьме, то не думал про Чан Гэна. Но когда Гу Юнь вышел на свободу, то обнаружил, что даже если бы он лично всем распоряжался, то в некоторых вещах не смог бы лучше организовать дела.

Чан Гэну удалось не только сохранить половину Черного Железного Лагеря, но и придумать столь хитрый способ связи.

Хотя Гу Юнь был благодарен ему и тронут, но в то же время опечален тем, что подростку, который еще недавно жмурился и уклонялся от удара меча тренировочной марионетки, пришлось так быстро повзрослеть. Ведь это означало, что Аньдинхоу не заботился о нем должным образом.

Но при посторонних Гу Юнь не мог дать волю чувствам, поэтому лишь сдержанно похвалил его:

— Ваше Высочество очень хорошо все продумали.

— Нам пора. Старина Тань, следуй за мной в северный гарнизон. — Гу Юнь взял висевшую на двери флягу с вином и поднял взгляд к небесам. Он не стал даже надевать броню, а ограничился тем, что накинул плащ-дождевик, и широкими шагами направился к выходу.

Чан Гэн тоже поднялся на ноги:

— Ифу, отправляйся туда первым. Мы вместе с господином Фэнханем вернемся в институт Линшу, чтобы подготовить и доставить вам необходимые припасы.

Временная теплота и непонятное чувство заботы исчезли без следа. В спешке Чан Гэн и Гу Юнь разошлись в разные стороны.

Гу Юнь и Тань Хунфэй вместе с отрядом стражи спешно покинули город и отправились в северный гарнизон.

Взяв с собой плащ, а не броню, Гу Юнь принял верное решение. Когда они уже прошли половину пути, громовые раскаты далеко на горизонте в одно мгновение сменились яркими молниями, что разорвали мрачное небо подобно тому, как трескается шелк. Из свинцовых туч прямо в лицо хлынул ливень такой силы, какого здесь отродясь не знали.

Дождь шел стеной, будто наступила темная ночь.

Из-за сильного дождя и ветра Тань Хунфэй запыхался. Он утер с лица дождевые капли и вспомнил, что еще в поместье, прося аудиенции, слышал от Хо Даня о болезни Аньдинхоу. Поэтому он не удержался и подстегнул лошадь, чтобы догнать Гу Юня, и во весь голос крикнул:

— Дождь слишком сильный, а вы, маршал, недавно перенесли простуду. Давайте найдем тихое место и переждем, пока дождь не прекратится...

Гу Юнь в ответ крикнул:

— Посмотри на небо! Неизвестно когда он закончится. Не неси чушь!

Ливень начался слишком внезапно, а грозовые тучи возникли буквально из ниоткуда. Гу Юню это показалось зловещим предзнаменованием.

Иностранцы называли Черный Железный Лагерь черным воронами. И как глава черных воронов, Гу Юнь славился своим умением накаркать беду. Еще ни разу дурные предчувствия его не обманывали.

Согласно расчетам Тань Хунфэя иностранцам требовалось примерно два-три дня, чтобы выступить на север. Как оказалось, прогноз его был чересчур оптимистичным.

Той же ночью, в дозорной башне порта Дагу.

Старому смотрителю дозорной башни во время несения службы приходилось высовывать руку в окно и дергать за расположенную поблизости ржавую рукоятку. Спусковой механизм давным-давно вышел из строя, но никто не спешил его чинить, поэтому оставалось только запускать все вручную. Он отряхнул мокрые ладони и, бранясь в полголоса, с силой сжал рукоятку, пока с треском и скрежетом заржавевшие шестеренки наконец не провернулись. В результате медленно начал подниматься и плавно раскрылся металлический зонтик, который должен был прикрывать линзы цяньлиянь [4] от ужасающего ветра и потоков воды с неба.

Старый солдат протер мокрую гладкую зеркальную линзу цяньлиянь и пожаловался своему товарищу:

— Все мы люди служивые, но одним судьба позволила подняться до Небес, покоряя ветра и облака [5], и достигнуть небывалого могущества. В то время как нам с тобой достались одни свистки и плевки, и мы прозябаем в этой башне. Если не подметаем пол, то режемся в кости. Здесь спокойнее, чем у этих, мать их, буддийских монахов. Нам даже навариться не на чем, потому что мы круглый год целыми днями ни хрена не делаем. Скоро даже жены забудут, как мы выглядим... Хм, а чего это дождь сегодня так зарядил? Откуда вдруг подобная напасть?

Его подметавший пол сослуживец даже головы не поднял:

— А чего ты ждал? Ты разве не слыхал? Командир говорил, что видел сигнальные огни, и на нас вот-вот нападет флот Запада, вот тогда-то ты точно не будешь маяться со скуки.

— Да брехня это все. Командира послушать, так на нас каждый день «вот-вот нападет флот Запада», — сказал стражник. — Там разве Аньдинхоу не присматривает за порядком в столице?

— Аньдинхоу посадили в тюрьму.

— Да ну. Его разве уже не выпустили? — после этих слов старый солдат кое-что припомнил и поэтому добавил: — Да, и правда странно. Разве не ходили слухи, что Аньдинхоу устроил бунт, чтобы заставить Императора отречься от престола? Как тогда его могли так быстро отпустить, неужели...