Северный гарнизон разгромил императорскую гвардию. Вскоре пыль улеглась, а лидер мятежников был пойман.

Ли Фэн дураком не был, поэтому догадывался, что Лю Чуншаня явно кто-то надоумил на этот поступок. Он приказал закрыть все ворота городской стены и провести тщательное расследование.

Кровь на теле государя еще не успела высохнуть, но несмотря на чудесное спасение, выражение его лица ничуть не посветлело. В том, что мертвые предатели носили форму императорской гвардии, была какая-то злая ирония. Ли Фэн подумал о втянутых в заговор влиятельных министрах, которым на этот раз не удастся скрыться от правосудия, и слова Лю Чуншаня «уступите трон более талантливому правителю» ледяными осколками засели в груди...

Вопросы вроде «а как вообще Орлы смогли пролететь над столицей?» совершенно его не занимали. Он не мог думать ни о чем кроме измены.

Ведь его предали и знатные семьи, на протяжении целых поколений пользовавшиеся благосклонностью императорской семьи, и его верная императорская гвардия. Его предал и Гу Юнь — человек, с которым они вместе выросли и совсем недавно предавались воспоминаниям, и даже родной младший брат...

Янь-ван давно позволял себе совершенно немыслимые поступки. С момента основания Военного совета Императора завалили бесконечными обвинениями в его адрес. Они приходили не реже, чем пожелания доброго здравия. И все их он отклонял.

Чересчур талантливый младший брат всегда беспокоил Ли Фэна. Он сомневался в его верности, ревновал, но и волоса не упало с головы Ли Миня. И на все эти жертвы Император шел лишь ради того, чтобы в итоге выяснилось, что он вскормил неблагодарного чжуньшанского волка [6], готового вцепиться ему в глотку?

Цзян Чун обратил внимание на нездоровый цвет лица Ли Фэна, поэтому прошептал:

— Ваше Величество, тут слишком много народу, давайте лучше вернемся во дворец.

Ли Фэн посмотрел на него пустым взглядом и, сделав два шага, вдруг споткнулся, сгреб пальцами воздух, и его вырвало кровью.

С нескольких сторон раздались крики «Ваше Величество!» В ушах у Ли Фэна звенело. Очнувшись, он заметил, что все еще сжимает руку спасшего его Черного Орла; кровь окрасила черную броню алым.

Похоже, это еще не конец.

Новый глава северного гарнизона стоял слишком далеко, поэтому не заметил, что Императора только что вырвало кровью, и не сумел правильно оценить ситуацию. Он выступил вперед и доложил:

— Ваше Величество, этот человек пытался, пользуясь беспорядками, тайно покинуть город через южные ворота. Я задержал его, опасаясь, что он замышляет недоброе.

Пленника потряхивало от страха, время от времени он посматривал на Люй Чана.

Наконец кто-то в толпе узнал его:

— Ваше Величество, подчиненный знает этого человека. Это извозчик, служащий в поместье шилана Люя. Обычно он дожидается господина Люя у дворца, чтобы после окончания аудиенции отвезти его домой. Подданный видел это своими глазами.

Лицо Люй Чана побледнело, и он рухнул на колени.

Ли Фэн по мере сил выпрямился, держась за железное плечо Черного Орла, и хрипло спросил:

— Дорогой сановник Люй, зачем же ты в столь опасное время решил послать слугу за пределы столицы? Кому ты собрался докладывать?

Командующий северного гарнизона безжалостно швырнул слугу из дома Люй на землю, придавил его ногой к земле и выхватил из ножен меч.

Бедняга был до того труслив, что обмочился от страха и начал отбивать подобострастные поклоны с такой скоростью, словно резал чеснок:

— Пощадите, Ваше Величество, прошу, смилуйтесь... Нижайшего слугу заставили... Этот... Это все господин Люй! Господин Люй отдал тайные указания. Неважно, чем все закончится в храме Цимин, нижайший должен... Покинуть столицу и доложить обо всем господину Яну...

— Какому господину Яну? — удивленно спросил Ли Фэн.

Мужчина сглотнул.

— Дяде... Яну... Господину Ян Жунгую.

Рука Ли Фэна крепче сжала броню Орла, а голос стал громче:

— Ян Жунгуй — наместник Лянцзяна, важный государственный чиновник на границе. Разве посмеет он явиться в столицу без нашего приказа? Что за чушь!

— Пощадите, Ваше Величество! — взмолился слуга. — Втайне дядя приехал к южным воротам городской стены, где дожидается сигнала от моего господина... И как только командующий Люй одержит победу, то...

— Что тогда? — спросил Ли Фэн.

— ... Он войдет в столицу и поддержит нового Императора.

У Ли Фэна потемнело перед глазами. Не поддерживай его Орел, он бы точно упал без чувств.

События опять приняли неожиданный для Шэнь И оборот. Один вариант был хуже другого. Если раньше он мог упирать на лишенные основания слухи, чтобы выступить в защиту Янь-вана, то что теперь-то делать? Что если против принца есть неопровержимые доказательства? На мгновение он засомневался, а Гу Юнь ли это вообще вернулся. Под броней Шэнь И покрылся холодным потом.