– Вам этого никогда не понять, – произнес он. – Ваш мир и все его радости закрыты для меня; я не могу прийти на Землю, не могу ходить по ней, если не заполучу человеческое тело.

– Я видел, что твое присутствие делает с человеческими телами, – сухо ответил Мэтью.

– О да, ты совершенно прав, – сказал Велиал. – Вот почему мне необходим мой внук. – Он повернулся к Джеймсу. – Джеймс, я собираюсь предложить тебе сделку. И тебе следует согласиться, потому что лучшего предложения ты не получишь, а торговаться нет смысла – у тебя нет абсолютно никаких рычагов давления.

Джеймс не ответил, лишь скрестил руки на груди, и Велиал продолжал:

– Все очень просто. Рядом с тобой стоит твой парабатай. Вторая половина твоей души. Он последовал за тобой сюда, потому что безгранично предан тебе, и считал, что ты его убережешь.

«Он пытается тобой манипулировать», – сказал себе Джеймс, но в словах демона была доля правды. Юноша только плотнее сжал челюсти.

– Он плохо себя чувствует, – безжалостно говорил Велиал. – Взгляни на него: он едва держится на ногах. Твой парабатай болен, болезнь терзает его тело и душу.

Неожиданно ручная птица Велиала, которая во время разговора тыкала в сухую землю заостренной мордой, произнесла голосом, напоминавшим громыхание камней в железной трубе:

– Еще бы. У вашего парня рожа такая, будто его только что сбросили с колокольни.

Велиал закатил глаза.

– Стимфалия, заткнись, а? Говорить буду я. Я взял тебя не потому, что мне была нужна помощь в ведении переговоров.

– А то, – буркнула Стимфалия. – Тебе нужны были мои крылья, черт бы их драл, верно я говорю?

И птица гордо захлопала крыльями.

– Демон-птица выражается как лондонец, – заметил Мэтью.

– Ну, случалось мне жить в Лондоне, – признала птица. – Давненько это было. Угощалась римлянами. Вкусные были, кстати.

– Да-да, – перебил ее Велиал. – Все любят Лондон. Чай, крампеты [58] , Букингемский дворец. Однако вернемся к теме нашей беседы, Джеймс. Если ты согласишься сотрудничать со мной, я отправлю его обратно к вашему народу целым и невредимым. – Он кивнул в сторону Мэтью.

– Нет, – отрезал Мэтью. – Я пришел сюда не затем, чтобы бросить Джеймса и трусливо сбежать. Я пришел, чтобы спасти его от тебя.

– Это все чудесно и романтично, – со скукой в голосе произнес Велиал. – Но, Джеймс, ты должен понимать, что так будет лучше для всех. Мне очень не хочется прибегать к насилию.

– А я уверен, что хочется, – возразил Джеймс. – Ты просто обожаешь прибегать к насилию.

– Подтверждаю, – фыркнул Мэтью.

– Я согласилась лететь сюда, – вставила Стимфалия, – только потому, что надеялась на насилие.

– Птичка и пьянь правы, – снизошел Велиал. – И все же позволь тебе напомнить: если ты откажешься, я не потеряю ничего, кроме пары часов своего времени, которого у меня полно. Если примешь мое предложение, я оставлю вам обоим жизнь и вы сможете свободно вернуться в свой мир.

– Это будет не жизнь, – произнес Джеймс. – Если я позволю забрать мои тело и рассудок, я буду мертв. И хотя я лично не боюсь смерти, мне не все равно, что ты будешь творить, когда сможешь разгуливать по Земле в моем обличье.

– В таком случае, кажется, пришла пора сделать выбор, – усмехнулся Велиал. – Твоя жизнь и жизнь твоего парабатая – или весь остальной мир.

– Мир, – произнес Мэтью, и Джеймс кивнул.

– Мы – нефилимы, – заявил он. – Ты не в состоянии нас понять. Каждый день мы рискуем жизнью ради безопасности других людей; выбрать мир – это наш долг.

– Долг, – презрительно махнул рукой Велиал. – Мне кажется, ты быстро забудешь о долге, услышав предсмертные вопли своего парабатая. – Он пожал плечами. – У меня много дел в Лондоне, нужно подготовить его к моему появлению, поэтому даю тебе еще сутки. Думаю, к этому времени ты одумаешься. Если он… – Демон оглядел Мэтью. – Если он доживет до утра, в чем я сомневаюсь.

Велиал отвернулся от юношей с таким видом, словно уже забыл об их существовании.

– Ну ладно, ты, бестолковая птица, нам пора.

– Я не просто птица. Знаешь, у меня тоже есть интеллектуальная жизнь, – ворчала Стимфалия, пока Велиал забирался в седло. Демон расправил черные крылья, подняв тучи песка, и мгновение спустя Велиал и его служанка уже поднимались к красно-оранжевому небу. Мэтью и Джеймс молча смотрели, как они пролетели над башнями темного Гарда и исчезли вдали.

– Если это произойдет, – начал Джеймс, – если Велиал вселится в мое тело…