– Я вызвала тебя не потому, что хочу покинуть Лондон, – начала Корделия. – Я…

– Ты позвала меня потому, что Велиал забрал у тебя обоих любовников, – похабно ухмыльнулась Лилит.

Корделия скрипнула зубами.

– Джеймс – мой муж, а Мэтью – мой друг. Я хочу их спасти. Я согласна стать твоим паладином, согласна сражаться от твоего имени, если ты вернешь их из Эдома.

Улыбка Лилит погасла.

– Я не смогла бы попасть в Эдом, даже если бы захотела. Мне не добраться до них. Как я уже сказала, ты слишком долго ждала…

– Возможно, ты не можешь попасть в Эдом, – сказала Корделия. – Но ты могла бы отправить туда меня.

– Ты что, пытаешься торговаться со мной? – Лилит, казалось, забавлял этот разговор. – Напрасно, паладин. Вассал не торгуется со своим сеньором. Вассал – это послушное орудие сеньора, не больше и не меньше.

– Ошибаешься. – Корделия подняла Кортану, и клинок вспыхнул, как факел. – Я не просто бездушное орудие. А ты не так могущественна, как тебе кажется. Ты связана по рукам и ногам, Матерь Демонов. Ты в ловушке.

Лилит расхохоталась.

– Ты действительно считаешь, что я настолько глупа? Что я позволю вам устроить мне ловушку? Оглядись вокруг, девчонка. Я не вижу ни пентаграммы, ни круга из соли. Только голую землю и камни. Какая сила, по-твоему, свяжет меня по рукам и ногам?

Корделия покосилась на Люси, и та сделала глубокий вдох.

– Поднимайтесь, – произнесла она. – Я не приказываю, я просто прошу вас. Поднимайтесь.

Из земли возникли лучи серебристого света, которые затем приняли форму полупрозрачных человеческих фигур. Их было несколько дюжин, и Корделии показалось, что она стоит среди леса светящихся деревьев.

Это были призраки молодых женщин – бедно одетых, с печальными, пустыми глазами; Корделия не знала, были ли у них такие глаза при жизни, или они сделались грустными и потерянными после смерти. Девушка заметила и несколько мужских фигур, тоже молодых. Взявшись за руки, привидения выстроились по линиям, которые образовывали пентаграмму. В центре пентаграммы оказались Корделия – и Лилит.

– Эти призраки выполняют только мои приказы, – объявила Люси, которая стояла снаружи, в нескольких шагах от границы пентаграммы. Корделия видела в ее огромных блестящих зрачках отражения призрачных белых фигур. – Пентаграмма будет существовать столько времени, сколько нужно мне. Даже если я уйду, ты никуда отсюда не денешься.

Лилит зашипела, замахнулась и ударила ближайшего призрака – но ее рука прошла сквозь бесплотную фигуру. На землю полетели искры. Лицо демонессы перекосилось от злобы, она обнажила острые клыки, и ее волосы превратились в чешуйчатый шлем. Серебристые туфельки свалились; вместо ног из-под подола платья выглядывали кольца толстого змеиного хвоста.

– Если ты не выпустишь меня, – шипела демонесса, – я разорву Корделию Карстерс на кусочки, очень медленно, но сначала переломаю ей кости одну за другой, а ты можешь стоять и слушать. Думаешь, я не сделаю этого?

Люси побледнела, но не пошевелилась. Корделия предупреждала, что Лилит скажет нечто в таком роде; она также сказала, что демонесса вполне способна осуществить свои угрозы. Но Люси находилась в безопасности за пределами пентаграммы, а остальное Корделию не волновало. Она была уверена, что у нее все получится. Она делала это ради Джеймса, ради Мэтью. У нее должно было получиться.

– Не думаю, что ты меня убьешь, – бесстрастно произнесла Корделия. – Я думаю, ты поступишь умнее. Я – твой паладин и владелица меча Кортаны. Только я могу нанести Велиалу третью рану и покончить с ним. Только я могу вернуть тебе твое царство.

– Все торгуешься. – Лилит вонзила клыки в нижнюю губу, и по подбородку потекла кровь. – Раньше ты говорила, что хочешь убить Велиала…

– Я хочу спасти Джеймса и Мэтью, – возразила Корделия. – Если для этого нужно убить Велиала, я готова. У меня есть решимость, есть оружие. Отправь нас в Эдом. Меня и Люси. Отправь нас в Эдом, и твои владения вернутся к тебе после смерти Велиала. Сделай это, пока он не появился в Лондоне. Пока не завладел телом Джеймса. Потом его будет уже не остановить.

– И это все, что тебе нужно? Возможность спасти своих друзей? – презрительно хмыкнула Лилит.

– Нет. Мне нужно обещание: когда Велиал погибнет от моего меча, ты отпустишь меня и больше не потребуешь, чтобы я служила тебе. Я больше не буду твоим паладином. И еще ты должна поклясться, что не причинишь вреда ни мне, ни моим близким.

Змеи скрылись, и Лилит смотрела на Корделию мертвыми черными глазами без зрачков, как на той фреске в Адском Алькове.

– Ты многого просишь.

– Ты многое получишь взамен, – ответила Корделия. – Целый мир.