— Я об этом не подумал мой царь, — он с восхищением посмотрел на меня, — но среди нынешних охранников будут тогда недовольные тем, что их опять пошлют в бой.

— Мне глубоко плевать на их желания Хопи, в целом для охраны у нас есть меджаи, мои гвардейцы нужны только для важных для меня заданий и охраны мест типа мастерской Небсения, а если они хотят греть зад на тёплом месте, пусть сначала докажут это своей преданной службой.

— Я так и сделаю мой царь, — обрадовался он, — повышу преданного мне человека до центуриона, чтобы он отвечал за охранников и мы заново загоним самых вялых их них на стены при следующей осаде.

— Знаешь что, — я задумался, принимая решение, — хотел сделать это по возвращении, как награду за весь поход, но ладно…

Я повернулся и направился к тому месту, где обычно в лагере находились мастерские Небсения. Возле его большого шатра и десятка меньших всё время слышался звон молотков о наковальни, а также поднимался дым от переносных печей и кузнец.

При виде меня мастеровые бросили работу, чтобы низко поклониться, а уже через пять минут выбежал и сам главный ювелир.

— Мой царь, — он поклонился, не сильно удивлённый моим появлением, поскольку я был частым гостем в его владениях. Мы постоянно обсуждали с ним улучшения чеканки, как сделать деньги менее стачиваемыми или подделываемыми, так что да, я бывал у него достаточно часто, чтобы моё появление вызвало у кого-то удивление.

— Дай мне тот жезл, который я просил тебя сделать для Хопи, — попросил я и он отдал приказ своему помощнику, который стремглав бросился в шатёр и вернулся со шкатулкой из простого дерева.

— Я не успел изготовить хранилище из чёрного дерева, как просил мой царь, — он извиняющее на меня посмотрел, протягивая шкатулку.

— Ничего страшного, я сам пришёл раньше времени, — я открыл крышку и удовлетворённо покивал. Жезл был именно таким, какой я хотел.

Взяв его в руку, я повернулся. Хопи замер.

— На колено, — приказал я.

Он мигом упал на одно колено и склонил голову.

— У названия преторианцы слишком плохая история, — пробормотал я едва слышно.

— Своим именем царя Верхнего, Нижнего, Южного и Северного Египта, — уже громче сказал я, — создаю официально свою личную гвардию. Тебя Хопи, жалую званием примипила с личным подчинением только царю . Отныне подразделение гвардии выводится из состава легионов и будет полностью самостоятельным. Кроме этого, должность позволяет тебе назначать внутри гвардии центурионов, опционов и деканов, которые будут подчиняться только тебе. На вступление в гвардию может претендовать любой легионер, отслуживший в войске не менее трёх лет и имеющий личную награду «Сокол» не ниже второй ступени. Ставки гвардии будут тройными по сравнению с простыми легионерами.

С последним словом я прикоснулся жезлом к плечу Хопи и сказал.

— Поднимись примипил моей личной гвардии.

Нубиец с расширяющимися от волнения ноздрями и широкой улыбкой на лице принял жезл и низко мне поклонился.

— Моя душа и сердце навечно принадлежат моему царю, — срывающимся от волнения голосом ответил он.

Небсений с улыбкой поздравил его и вручил шкатулку.

— Я тебе потом сделаю, как и планировал Его величество из чёрного дерева, — сказал он примипилу. Тот отрицательно закачал головой.

— Эта будет для меня много ценнее, — сказал он.

— Поздравляю Хопи, — улыбнулся я, настроение после награждения немного поползло вверх, — отметим потом, а пока идём посмотрим, что интересного нашли ещё в городе легионеры. Нужно же чем-то заняться, пока переносят шатёр.

Новоиспечённый примипил аккуратно положил жезл в шкатулку, поклоном поблагодарил Небсения и сразу стал серьёзным, привычно встав за моим правым плечом.

Глава 12

Ночью меня снова разбудили, поскольку прибыл Менхеперресенеб и доложил, что да, мы успели вовремя, поскольку уже в дневном переходе от нас находится сборное войско амореев и иевусеев. Это стало понятно по их разному вооружению и тому, что два лагеря стояли отдельно.

— Общая численность обоих войск не превышает тридцати тысяч мой царь, — тихо рассказывал мне Менхеперресенеб, пока я одевался.

— Они встали на ночь? — спросил я.

— Да мой царь, — склонил он голову, — хорошо бы напасть на них утром, когда всадникам будет видна местность.

— Город нельзя оставлять иудеям, — задумался я, — второй раз его штурмовать у меня нет особого желания. Можно будет снять только половину войска, десять тысяч может быть мало против тридцати.

— Мой царь, — вмешался в разговор Хопи, — легионы могут выступить утром, один переход для них не проблема и они могут сразу вступить в бой.

Я покачал головой.

— Мы не будем рисковать. Никаких в бой с марша. Сначала укреплённый лагерь, затем разведка местности и только потом атака.

Нубиец потух, видимо он хотел быть полезным, но не понимал, что цена каждой моей ошибки слишком высока. На кону было не просто победа или поражение, а моя репутация непобедимого полководца. С некоторых пор это очень много здесь значило.

— Сделаем вот что, — наконец решил я, вызывая к нам Эхора. Когда тот явился, сонно протирая глаза, я продолжил.