— Им, наверное, больно, — сказала девочка, ловя чаинки и пытаясь на них разглядеть маленькую фею. — Выходите, я не буду вас есть, — позвала она фей и постучала по чашке. Бабушка засмеялась, а маленькая Эверилд рассердилась. — Что смешного? — обиделась она.

— Маленькие феи глухие и тебя не слышат, — поведала она.

Тогда Эверилд топнула ножкой и вылила чай на землю:

— Тогда я больше никогда не буду пить чай. Я не хочу в мире фей прослыть убийцей, — она убежала вглубь сада и, спрятавшись среди фруктовых деревьев, горько заплакала. С тех пор Эверилд не пила чай до семнадцати лет.

Темный Эрик вынырнул из воспоминаний.

— Какого вкуса чай, я так и не узнал, но ты была очень забавным и живым ребенком. Кто тебе рассказал сказку о чайных феях?

— Бабушка и рассказала, они потом меня долго пытались убедить, что это всего лишь сказка. А я верила в них. Тогда мне она рассказала истинное происхождения чая, но так и не убедила меня, что чай пить надо. После этого случая она больше не рассказывала подобные сказки. Если ты хочешь узнать, какого вкуса чай, загляни в более ранние воспоминания, где мне было три года.

— Это я оставлю на потом, — Михаил Дашков притянул к себе Екатерину и нежно поцеловал в губы.

На кухню вошел отец Екатерины, он достал бутылку водки и, откупорив, сказал:

— Что нас ждет!

— Известно что: хаос и бесчинство, — с юмором ответила Екатерина.

— Ты всё шутки шутишь, а Елизавета Петровна вообще-то твоя крестница, — сделал замечание отец, отчего Дашкова опустила взгляд в пол.

— Простите меня, папа, я не хотела оскорбить ваши чувства.

— Ладно, ничего страшного. Боже, что с нами будет? Он же продаст нас прусскому королю!.. — продолжал причитать отец.

— Я думаю, Екатерина Алексеевна этого не допустит. Нас спасет только революция, смерть Петра или его заточение, — вдохновенно сказала Екатерина.

— Дай Бог. Прости меня, — Воронцов ушел, а Екатерина Дашкова переглянулась с мужем.

— Пора действовать.

— Угу, — мрачно согласилась она. Лжедашкова была еще не готова к встрече с друзьями, но судьба, как всегда, ей не оставила выбора. — С кого начнем? — спросила вампирша храбрясь.

— У тебя всё получится, не переживай, — попытался подбодрить ее муж. — Значит, мне скоро придется давать ему присягу. Ну что, будем ждать приглашения, — спокойно заметил Михаил и невозмутимо продолжил пить чай, словно ничего не случилось.

Иногда вампиршу бесили его флегматичность и умение в любой ситуации держать себя в руках. Конечно, для мужчины это ценное качество, но всё же в нём было столько спокойствия в то время, когда вампирша не находила себе места, была на иголках, боясь сделать что-то не так. Теперь настал черед решительных действий, и опять она колебалась, не зная, верно ли поступает. Потом, стойко отвергнув все сомнения, она решила действовать: ей ничего не угрожает, а вот императрицу могут заточить в монастырь, где она и проведет остаток своих дней. Екатерине срочно нужна помощь, и кто, если не она, Дашкова, ей поможет? С такими мыслями она поднялась из-за стола.

— Куда собралась?

— Мир спасать, — насмешливо ответила вампирша. Михаил тоже поднялся и, взяв супругу за руку, мысленно сказал: «Пока ты не побежала творить добро, пошли утолим жажду, а то я боюсь, что ты скоро сорвешься».

«Я не маленький ребенок, чтобы меня контролировать», — насупилась вампирша.

«Никто тебя за новорожденного вампира не считает, мне просто надоело охотиться в одиночестве».

«Вот взять и испить бы Петра III».

«Идея неплохая, но пусть жизнь сама рассудит. Ты же помнишь наше главное правило: на коронованных господ мы не охотимся»

«Нет. Не помню».

Вампиры вышли в ночь. Екатерина для удобства переоделась в мужской костюм, а Михаил переоделся в крестьянина. Так они отправились гулять по Питеру. Ночь стояла холодная, хлопья снега падали тяжелыми кляксами на землю. На улицах было пусто, даже свет в окнах не горел.

Так прошел час, прежде чем они услышали пьяные голоса. Это Орлов веселился со своей компанией. Вампирша облизнулась, но Дашков ее остановил, они скрылись в тени дома, а Орлов со своей шумной компанией прошел мимо.

— Я хочу его крови, — тихо зарычала вампирша.

— Оставь Орлова Екатерине II. Идем дальше, — весело сказал Эрик, и они скользнули во дворы. Сегодня улицы молчали, кутались во тьму.

— Пустынно. Все в трауре. Думаю, нам стоит совершить пробежку. Где-нибудь в отдаленной деревне мы сможем пробраться в дом и попитаться, — предложила вампирша, так они и сделали. За час преодолели около пятисот километров, прежде чем оказались в маленькой деревушке.

В некоторых домах горел свет, вампиры их обходили стороной. Они оказались у большого двухэтажного дома, одно окно которого было открыто настежь. Вампиры переглянулись и, не сговариваясь, перелезли через подоконник. Раздался крик, вампирша подскочила к пожилой женщине и придушила ее, подавив визг. Дашков засунул ей в рот кляп, и они осторожно выглянули из комнаты. Люди веселились, до них еще не дошла весть о смерти императрицы. Мимо сновали слуги. Вампиры выскользнули в коридор и, поймав молодую женщину, заткнули ей рот.