Шрифт:
Мясника из подземелий четвертовали. Дюжину чиновников и генералов повесили, еще две сотни отправили на каторгу. Антуан Деливре получил отсрочку от казни на несколько лет.
Буря в правительстве разразилась чудовищная, но она меркла в сравнении с тайфуном, устроенным журналистами.
– Такое чувство, что мы осудили не две сотни человек, а принесли в жертву три тысячи младенцев, – мрачно заметил Леонардо, отложив газету в сторону. – Конечно, никто не знает всех масштабов катастрофы, но истерика прессы мне уже надоела.
Они впервые встретились после казни Мясника в любимом ресторане контрразведчика.
– Ничего личного, просто бизнес, дополнительные тиражи сами себя не продадут, – невозмутимо сказал генерал-инспектор Бастон. – Не беспокойтесь, в Рутении начались волнения, так что через пару дней «ответственная общественность» про нас забудет. Она падка на громкие и быстрые новости.
– В Рутении? – напрягся Леонардо.
– Ничего серьезного. В воскресенье расстреляли демонстрацию рабочих. Обычная ситуация, у нас происходит регулярно. Уверен, все закончится раньше, чем газетчики заработают миллион франков, – уверенно заявил генерал-инспектор. Заметив, как Леонардо переменился в лице, он поспешил сменить тему: – Как мадам Милано?
– В прекрасном расположении духа. Чего не скажешь о моих нервах, – честно ответил Леонардо, невольно улыбнувшись. – Надеюсь, через три месяца станет легче.
– Лео, дальше легче не будет, – усмехнулся Бастон. – Поверьте моему опыту, отцовство готовит для вас много интересных приключений.
– Хоть в чем-то вы с Мишелем солидарны, – усмехнулся следователь. – Он уже пугает меня выходками будущих внуков.
– Думаю, у него есть для этого все основания, – рассмеялся Жульен. – Скромностью и покорностью никто из вас не отличался. Уверен, ваши дети потреплют нам всем нервы.
– Будем надеяться, что этим будут заниматься только они, – смутившись, произнес Леонардо.
– Хороший тост, месье инквизитор. Просто прекрасный! – подняв бокал, произнес генерал-инспектор. – Выпьем же за это!