А вот через некоторое время, когда шок отступил и я полностью осознала, что именно случилось уже и еще случиться, вся печальная легкость, какая бывает, когда нашла пусть и трудный, но выход из ситуации улетучилась.

Я поняла, что просто не смогу так, хоть и должна… Не смогу взять и просто позвонить Ване, попросить вечером встретиться и вывалить на него известие о разрыве. Не могу сделать ему, хорошему, заботливому, искреннему и нежному, любящему меня мужчине больно.

Да, конечно, мне приходилось уже уходить из отношений. Да, это тоже было нелегко. Но раньше это было мое решение. Добровольное. А не вынужденное. Разрыв не был условием чьего-то ультиматума. Этого хотела я.

Минуты превращались в часы, рабочий день стремительно заканчивался. Несколько раз я брала в руки телефон и писала Ване сообщение, а потом стирала.

Не могу. Не могу так поступить. Не могу и не хочу. Да и что Ветрову больше делать нечего, кроме как названивать знакомым боссам с требованием не брать Ваню на работу? Ага, конечно. Сказал, чтоб припугнуть, а я и повелась, как дура. Накрутила себя. Не сделает он ничего. Да и вообще скоро перебесится и переключится на другую «добычу». Судя по фото в сети, «добыч» этих у него пруд пруди. Каждый день можно менять, как трусы.

Успокоив сама себя, я закрыла программу и выключила компьютер. Потом прихватила пальто и прошмыгнула к лифту. С Яной не столкнулась. Отлично. Хоть что-то сегодня удачно сложилось. В двадцатый раз отвечать на вопросы в стиле «А он что? А ты что?» и отмахиваться от утверждений, что я ему нравлюсь и должна сделать все, чтоб зацепить сильнее, не было ни сил, ни желания.

Предвкушая спокойный вечер в своей квартире, я легкой походкой вышла из бизнес-центра. Даже в метро особо толкучки не было. Забежав в маленький супермаркет возле дома, купила себе йогурт. В холодильнике же мышь повесилась, а готовить просто не было сил.

Приняла душ, забралась в кровать с йогуртом в руках , включила сериал. Спокойный вечер, привычный. Настолько, что стало казаться будто утреннего разговора не было вовсе. На этом ощущении я ответила Ване на его «спокойной ночи» и спокойно уснула.

На три дня все стихло. Просто работа, какие-то связанные с ней мелочи. Короткие переписки с Ваней. Ощущение, словно все в порядке. Все как раньше.

У тротуара возле бизнес-центра стояла Ванина машина. Он ждал меня. Вроде бы стоило обрадоваться встрече с любимым человеком, однако вместо этого чувства проснулись беспокойство и страх. Вспомнилось лицо Ветрова, его угрозы…

– Привет, - когда я приблизилась, Ваня вышел из машины.

Снова букет, на этот раз тюльпаны. Штук семь красивых, ярко-розовых бутонов. Очень нежные.

– Привет, Вань, спасибо, - я взяла из мужских рук букет, встала на носочки и поцеловала его в губы.

– Не за что, дорогая. Может, поужинаем?

– С удовольствием.

Ваня отвез меня к себе домой. Так даже лучше, наверное, чем в какое-то заведение. Можно расслабиться.

– Ты садись за стол, а я сам все разогрею, - снова пресек он мою попытку самой заняться ужином.

Положив подбородок на кисти, сложенные на столешнице, я стала смотреть, как он достает из холодильника лотки и раскладывает еду по тарелкам, паралельно жуя холодную котлету, кладет на стол приборы, ставит чайник. Вспоминала, кто и когда накрывал для меня стол. Именно сам, своими руками. И не могла вспомнить.

Стало очень его жалко. Ваня ведь хороший. Очень. Старается изо всех сил. Работает, постоянно самовершенствуется. И наверняка прекрасно знает, из-за кого лишился должности, в которую вложил столько своего времени и энергии, а мне ни слова не сказал за все эти дни. Ведет себя как ни в чем ни бывало. Какой бы другой на его месте поступил так же?

А что делаю я взамен? Я взамен промолчала о Ветрове! При том что речь идет о Ванином будущем. Спрятала голову в песок, как страус, словно если отгородиться от проблемы, то она решится сама собой.

Я уже открыла рот, чтоб начать разговор, но Ваня вдруг подошел, склонился ко мне и поцеловал в губы. Пахло от него куриной котлетой. Не слишком-то приятно для поцелуев, но я стерпела. Ваня взял меня на руки и отнес в спальню.

Мне было с ним приятно. Не более того. Мелькнула мысль, что в постели он, как и в жизни, спокойный, правильный и хороший.

Никакого огня.

«Еще одна ночка с Ванечкой и у него волчий билет до конца жизни для любой работы лучше кассира в «Ашане»», - эхом прозвучало в голове после, когда я лежала на смятых простынях, положив голову Ване на плечо.

– Вань, я домой поеду.

– Зачем? – он включил ночник.

– Мне на работу завтра, вся одежда там, - я привстала с его плеча.

– Встанем пораньше и по дороге заедем к тебе, соберешься.