Zlata Frolova: «Его совесть тут ни при чем. Я просто хочу поскорее доделать твой проект, чтоб быстрее распрощаться».

Отправила и поняла, какую глупость написала.

Wild: «ржущий смайлик»

Wild: «А, хотя, спасибо. Время-деньги».

И больше не добавил ничего. До самого утра я промучилась, обдумывая, что именно этот гад имел в виду. «Время-деньги» в плане того, что быстрее начнут строить его долбанный торговый центр или же речь о том, что до него именно с этого раза дошло, что со мной ничего не светит и он теперь перестанет зря тратить свое время на попытки это изменить?

Глава 13

– Спасибо, Злата, - сказал генеральный, - отличная работа. Я с заказчиком общался на неделе, он всем доволен. Павел, слушаю…

Начало нового месяца. Собрание по результатам предыдущего. Я все успела и мною довольны. От этого появилось привычное ощущение легкости и радости. Медленно выдохнув, я попыталась абстрагироваться и от голоса Воронина – слишком высокого и противного, и от его неприязненного взгляда, дабы насладиться эти ощущением до конца собрания.

У нашего светилы проблемы с заказчиком из-за допущенных им же ошибок. А посматривал он на меня так, словно эта ситуация - моя вина. Шовинист и завистник, блин.

Впрочем, уже совсем скоро мысли плавно утекли в иную степь. Точнее, вернулись к ночной переписке. Будто бессонной ночи было мало! Чтоб тебя, Гад Ветров! Свалился же ты на мою голову! Но я тоже хороша, несмотря на все тобою сделанное все равно…

– Всем хорошей недели, - голос Виктора Петровича ворвался в мои мысли.

Я подскочила. Яна округлила глаза, мол, в каких облаках ты витаешь. Босс, к счастью, ничего не заметил.

– Ну так что, Злата, когда будет минутка? – спросил Воронин, когда мы вышли из конференц-зала.

– Для чего?

– Ну как? Куприн же сказал, чтоб ты просмотрела чертеж по «Зефиру». Внесла, так сказать, свои экспертные правки.

Я поймала взгляд Яны. Та кивнула. А я даже этого не помню! Чтоб тебя, Гад Ветров!

– Давай доступ. Посмотрю сегодня, либо завтра до обеда.

Он приблизился. Запахло голубцами и несвежей рубашкой. Чуть склонившись ко мне, с довольным видом проговорил вполголоса:

– Только не меняй там сама ничего, ладно? А то заказчик – женщина, ее, в случае чего, не удастся удовлетворить так же, как Ветрова.

Я буквально почувствовала, как внутри меня закипает кровь. Ну вот почему всегда так? Долго меня будут сопровождать подобные намеки? Беспричинные, между прочим! Мелькнула мысль, а вдруг Воронин знает, что Ветров подкатывает ко мне?

Чтоб тебя, Гад Ветров!

– Зависть, Паш, очень непродуктивное чувство, - громко сказала я. – Нервы портит, а прогрессу не способствует, - и, понизив голос, добавила: - А тебе бы он не помешал, как посмотрю. Иначе только и останется, что опускаться до пошлых намеков от бессилия.

И, стараясь не слишком выдавать удовольствие от того, как вытянулось лицо мужчины, я повернулась к Яне:

– Яна, может кофе?

– С удовольствием! – и, взяв меня под руку, прошептала: - Что он тебе сказал?

– Что я сплю с Ветровым и поэтому он закрывает глаза на мои косяки. Не этими словами, но смысл такой.

– Обзавидовался, что Куприн тебе поручил проверить его «шедевр», - захихикала Яна.

Мы спустились в кофейню и сделали заказ. Яна без умолку распекала Воронина, я слушала в пол-уха. То и дело поглядывала на экран телефона, как делала уже несколько часов.

– Ждешь сообщения?

– Нет! – голос предательски звякнул. – Точнее, да, декан должен отписаться насчет Дениса, - солгала я.

– Все-таки будет сдавать, да?

– Надеюсь.

Как же ненавижу врать. Даже в мелочах. Одна ложь другую за собой тянет и так до бесконечности. И как обидно, что ничего Денис сдавать не собирается. Плевать ему. Что ж, может, когда подчистую сожрет кредитный лимит и приползет клянчить, удастся как-то на него повлиять…. Робкая надежда разбивалась о рожденный опытом скептицизм.

Настало время браться за работу. Вернувшись в кабинет, я открыла «Автокад» и с головой ушла в чертежи и расчеты. Бессонная ночь давала о себе знать, несмотря на выпитый кофе. Глаза нещадно пекло, даже капли не помогали. Иногда изображение на экране расплывалось и приходилось щуриться и присматриваться. Такими темпами я надену очки до тридцати и до этого же возраста обзаведусь морщинами.