– Я не буду,-сказал очень серьезно.

Настолько, что сердце радостно подпрыгнуло в груди.

А потом у него закончилась капельница и привезли суши. За сорок минут, правда, за что от Руслана получил абсолютно в не виноватый в этом помощник.

– Когда-то ты смеялся над теми, кто не умеет есть палочками и использует вилку, а теперь будешь делать так же сам, - сказала я, пододвинув Руслану столик и расставляя на нем суши. – Я, между прочим, три дня училась ими есть, перед тем, как пойти с тобой в суши-бар.

Руслан усмехнулся. Взял вилку левой рукой и стал ковырять ролл. Я подцепила свой палочками и отправила в рот.

– Карма настигла, - сказал он.

– Именно так.

Обмениваясь подначками, мы поглощали суши. А после его водитель отвез меня домой. И все было отлично кроме того, как светилось мое лицо в отражении в зеркале ванной комнаты в моей квартире.

Глава 22

– Спасибо тебе за Руслана, - сказал Никита, когда, после финального утверждения проекта, я провожала его до лифта.

– В смысле?

– Он успокоился, валяется на койке, не зависает в смартфоне, даже таблеточки прилежно принимает. Чудо? Не думаю, - усмехнулся мужчина.

– Я рада, что он выздоравливает. Передай мои наилучшие пожелания.

– Угу, - хмыкнул он. – Приятно было поработать вместе. Уверен, наше сотрудничество будет долгосрочным.

Театрально пропел и шагнул в кабину приехавшего лифта. Повернулся ко мне, помахал рукой и нажал кнопку. Позер, блин. Хорошо, что теперь мы будем общаться по минимуму. Или не будем вообще. Надо это отпраздновать. После работы забегу в супермаркет и куплю себе тирамису. Хоть моя фигура всегда была даже излишне худощавой, я старалась обходиться без десертов.

Позднее, держа в руках заветную баночку десерта, я шагала домой. Представляла, как сейчас наберу ванну, заварю себе кофе, включу сериал и, оставив смартфон в спальне, расслаблюсь. И еще подумаю, отвечать ли на ветровское «спокойной ночи», если он и сегодня пришлет сообщение. На «доброе утро, как дела» ответила. Машинально. Ну, знакомый же человек, в больнице, с травмой. А вот вечером… Пусть думает, что я не одна и мне не до телефона.

Поднялась на этаж. Сунула ключ в замок и только тогда поняла, что что-то не так. Дверь была открыта. А я ее еще и машинально толкнула. И сразу же оказалась в тисках грубых рук, втащивших меня внутрь. Баночка с десертом выпала из моих пальцев на кафельный пол прихожей.

– Пискнешь, прирежу, поняла? – зажав рот ладонью, прошипел в ухо схвативший меня мужик.

Я судорожно задергала головой в знак согласия.

Он затолкал меня в кухню, где за столом сидел второй, усадил на стул напротив. Эти мужики не какие-то наркоманы или алкаши. Нормальная одежда, ухоженный внешний вид. Такие по квартирам с целью грабежа не лазят, а тем более, по таким, как моя.

– Ну, здравствуй, Злата Фролова, - проговорил первый.

Я затравленно глядела исподлобья, как загнанная хищником дичь. Дрожала, скрючившись на стуле. Передо мной на столешницу лег какой-то документ. Перед глазами плыло и я не сразу различила, что в нем. Кредит. Имя моего брата. Я в качестве поручителя. И сумма. Двести пятьдесят тысяч.

– Твой брат нам полляма должен. Не отдаст, сама понимаешь…

– Как полляма?
– прошептала одними губами. – Здесь же…

– Читай, - ткнул пальцем в соответствующую строчку договора.

Ну, конечно! Какой нормальный банк даст крупную сумму в кредит девятнадцатилетнему пацану, который даже нигде официально не работает? А вот такие мелкие конторы под драконовские проценты всегда рады и счастливы «выручить» идиотов, вроде моего брата.

– Но у меня нет…

И в этот момент входная дверь с грохотом открылась, впуская четверых крепких парней с пистолетами в руках. Я впервые видела настоящее оружие так близко от себя. Да и в принципе впервые его видела вживую.

– Не дергаться! – целясь в удивленные лица коллекторов, рыкнул один из них.
– Руки показали! Отошли от девчонки!

Те послушались. Их скрутили и выволокли из кухни.

– Злата, вы в порядке?-закрыв дверь и сунув за пояс джинсов пистолет, спросил меня один из парней.

– Д-да.

– Узнаете меня? Я от Руслана Ветрова, охраняю вас…

Я узнала. Именно он был в закусочной, когда Ваня делал мне предложение.