– Заходи, - я посторонилась, пропуская его в квартиру.

Даже обувь снял. И когда такое бывало? Потоптался в прихожей, не зная, куда себя деть. Я зашла в кухню, прислонилась к подоконнику. Денис зашел следом.

– Ну, рассказывай, - я уперла руки в бока.
– За что именно ненавидишь меня настолько сильно, чтоб так подставить?

Хоть я обещала себе быть спокойной и не скандалить, в конце фразы голос звякнул.

– Я не подставлял тебя, - промямлил он, пряча глаза.

– Да-а-а? А как это тогда называется, если человек берет кучу бабок в шарашкиной конторе под драконовские проценты, чтоб просрать, и указывает поручителем собственную сестру?!

– Я не собирался их просырать, Злата, - каким-то новым, незнакомо взрослым тоном, проговорил парень, - Я в бизнес вложился.

– И что за бизнес? Соревнования по распитию алкогольных напитков?

– Я не пью с дня похорон, между прочим. И не вру тебе. Из универа меня поперли, я работать решил. Друг мне предложил мне в дело вложиться. Гараж арендовать, тачки там крутить. Ну и бабло же нужно, на оборудование там… Половину он, половину я. Посоветовал, где можно, сказал, что быстро отобьем.

Где мой Денис и где ремонт автомобилей… Он руками умеет только махать да бутылку держать. И как можно «быстро» отбить на таком деле двести пятьдесят штук.

– Оформлено на него все уже было, меня не вписывали, чтоб быстрее, ну и…, он горестно вздохнул, - Теперь ни друга, ни бабла.

– Ты правда думаешь, я в это поверю?

– Я не вру, Злата, - он поймал мой взгляд.

– Думаешь, я поверю, что ты настолько идиот, чтоб взял на себя кредит и отдать деньги на бизнес, который даже на тебя не оформлен?

Он потупился.

– Мы с первого курса дружили…

Я обомлела. Было похоже, что брат действительно не врет. Но не может же он быть настолько глупым, правда? Это же невозможно! Или возможно?

– Хорошо, говори, как зовут друга?

– Не скажу.

– Денис! Из-за тебя мы попали на пол ляма денег! Будешь выделываться, я пальцем не пошевелю, чтоб это исправить. Хоть почку продавай…

– Тебе не нужно ничего исправлять, все сделают.

Возникло ощущение, что я вот прямо сейчас свалюсь в обморок. Если он еще дополнительно с какими-то отморозками связался, я просто…

– Ко мне приехали парни, расспрашивали что да как. К стенке приперли, я и рассказал. Они обещали, что все будет улажено. Взамен я должен тебе все рассказать и бабло отработать.

В глазах потемнело. Как отработать? Наркотики продавать?

– Все будет легально, между прочим. Сначала охранником буду, потом как пойдет. Я буду работать, Злата, чесно. Да и, - криво ухмыльнулся, - Ветров твой сказал, если что вытворю, он мне хребет сломает.

Я стиснула зубы, чтоб не завыть.

– Сиди здесь!

А сама вышла из кухни, зашла в спальню и заперлась. Там набрала Ветрова. Бодрый голос ответил после первого гудка.

Что ему сказать.

– Ау-у, Златовласка? Ты помолчать позвонила?

– Я с братом говорила.

– Уже? Вот, молодец, пацан, исполнительный. Мне нравится.

– Руслан…

– Уже тридцать три года как. Ничего не бойся, мне с минуты на минуту отзвонятся, что все порешали. Брат твой на меня работать будет, а на следующий год в универ на заочку. Взрослеть пора.

– Спасибо, - все, на что меня хватило.

– Не за что, - весело отозвалась трубка.

******

Латте был очень красивый. Высокая белая пенка, кремово-кофейная основа, сверху рисунок в форме розочки. И как только они умудряются такую красоту рисовать? Пузатый стеклянный стакан с двумя стенками минималистичный и стильный. Я обожала такую посуду. Мечтала, что первой посудой, которую куплю в собственную квартиру, будет именно кофейная пара для латте. Рядом, на миниатюрной тарелочке лежали марципан и трюфель. Скатерть была вишневого цвета и на ней не было ни малейшего пятнышка, ни складочки. Теплый ветерок гулял по лесопарку, теребя малюсенькие листочки на деревьях и приятно овевал лицо. Солнечные лучи пронизывали начавшие зеленеть кроны, заползали на летнюю террасу, но, спасибо конструкции навеса, в глаза не били. Хотя, лучше б было иначе. Тогда имелась бы уважительная причина не смотреть Ветрову в глаза. А так приходилось делать вид, что рассматриваешь интерьер либо любуешься видом на сквер. Чуть раньше я изучала меню так, словно выискивала в нем ошибки. Теперь вот досталось латте и десерту.

Глупое поведение? Еще какое. Но чувствовала я себя еще хуже, чем выглядела. Как же паскудно быть настолько сильно обязанной кому-то. Тем более Ветрову. Тем более, после вчерашнего поцелуя.

Еще глупее было наряжаться. Ветров позвонил в восемь утра и, сославшись на хорошую погоду и праздничный выходной, позвал на кофе. И вот я аж четыре часа из пяти оставшихся до встречи собиралась. Умудрилась даже в салон напроситься день в день, чтоб там сделали прическу и накрасили так, чтоб скрыть следы того, что я почти не спала минувшей ночью. А кто бы спал после вот этого вот всего? Теперь у меня были идеально прямые волосы и такой вид, словно я только что вернулась с отдыха где-нибудь на Бали. Надела я самое расслабленное из всех своих деловых платьев – бирюзового цвета и свободного силуета, а к нему те самые двенадцатисантиметровые шпильки. Погода позволила обойтись без пиджака.