– Думаешь, она согласилась на… четверых?

– Уверен, что нет. Кам-герл – не проститутка и даже не похожа, если говорить о ее собственной картине мира. Судя по тому, что я увидел в ее соцсетях, она была достаточно наглой, уверенной в себе и не особо умной, хоть и не полной дурой. Полагаю, в Усадьбу она ехала с твердым убеждением, что это начало красивого романа между ней и Третьякевичем.

– Согласен, – кивнул Гарик. – Я могу понять, зачем это нужно было ей. Но не понимаю, ради чего он пошел на такой риск. А ведь это действительно риск, куда больший, чем при связи с проститутками!

– Да. Но это же и трофей, выход на новый уровень, получение девушки принципиально иного качества. Думаю, по своей инициативе Третьякевич бы этим не озадачился. Но тут Ева буквально сама шла ему в руки, и он решил воспользоваться этим.

– Вопрос в том, как он заставил ее молчать.

– Есть разные варианты. Сфотографировал ее в неприглядном виде и использовал это как компромат. Избил и запугал. Пригрозил связями родителей, давил на то, что он в любом случае останется безнаказанным, а у нее будут новые проблемы. Как мы знаем из дальнейших событий, его план сработал не идеально.

Ева Сон все-таки вернулась в Москву – это подтверждали многие. Вот только прибыла она далеко не переполненной счастьем принцессой. В своих аккаунтах она написала, что приболела и некоторое время не будет выходить в эфиры, сопроводила это старыми фотографиями – новых у нее почему-то не было. Ее близкие друзья забеспокоились, хотели приехать, но Ева запретила им это.

Она провела взаперти больше недели, потом начала осторожно выходить в свет. Однако такие вылазки лишь доказывали, как сильно она изменилась. Ева предпочитала закрытую одежду, почти не красилась, выглядела задумчивой и отстраненной.

Но она не была сломлена, нет. Красавица злилась. Она никому не говорила, что с ней произошло, однако прощать это Ева не собиралась. Она больше не тратила столько времени на тусовки и встречи с друзьями, ни разу не появилась перед камерой – и на этом теряла деньги. Но она словно не понимала, что происходит, твердила о мести, хотя никто из ее знакомых не понимал этих разговоров. Или не хотел понимать.

Через пару недель после своего возвращения Ева покинула Москву. Она уехала на своей машине, в Подмосковье задерживаться явно не собиралась, однако у нее не осталось выбора. Она попала в аварию, сама не пострадала, зато лишилась автомобиля – он нуждался в длительном ремонте, а она почему-то не хотела ждать. Разобравшись с этой ситуацией, Ева продолжила путь на общественном транспорте, поэтому отследить, куда она направилась и где именно пропала, было непросто, и местом ее исчезновения объявили Подмосковье.

Теперь вот выяснилось, что она все-таки добралась до Охотничьей Усадьбы… и погибла. Судмедэксперту еще предстояла серьезная работа с останками, однако уже сейчас Матвей готов был поспорить, что Ева погибла так же, как Майя – была ранена пулей или ножом, изнасилована и убита.

Так что для полиции картина складывалась просто великолепная. Изначально никакой ясности не было, кого подозревать – непонятно. Зато теперь все за миг сошлось! Тут и мотив, и возможность… Когда обыщут домик, арендованный Третьякевичем, тому наверняка придется долго объясняться. И опять же, ролики Левченко, подготовленные как компромат, могут стать оправданием – хотя бы отчасти. С их помощью Третьякевич сможет объяснить следы крови в коттедже, но не обеспечить себе алиби в отношении Евы, потому что ее как раз на видео не было.

Об этом Матвей размышлять не собирался, он оставил Третьякевича и компанию полиции, эти четверо – не несчастные дети, которых незаслуженно подставили, они садисты и насильники, так что все неприятности, которые на них обрушатся, они вполне заслужили.

Куда важнее сейчас было сделать все, чтобы настоящий убийца не остался безнаказанным. Он ловко обеспечил себе запасной путь к отступлению, Матвей не ожидал от него такого и теперь был насторожен. У него уже было определенное представление о других возможных подозреваемых и о тех, кто не имел к этой истории отношения. Вот только убийца такого уровня легко мог обмануть их, поплотнее закутаться в овечью шкуру… Конечно, этот трюк работал только при поверхностном знакомстве, однако у Матвея пока лишь поверхностное знакомство и было.

Остальные, судя по мрачному виду, думали о том же.

– Я так полагаю, не стоит ждать, когда Наумов найдет подсказки на теле третьей жертвы, – вздохнул Гарик. – Их там не будет…

– Хронологически она первая жертва, – подсказала Таиса.

– Подсказок все равно не будет, – заметил Матвей. – Иначе убийца не использовал бы ее. Для него эта жертва точно не первая. Не берусь сказать, сколько он уже охотится в этих лесах, но он делает это очень чисто.

– Ни одной ошибки новичка?

– Вот именно. Это усложняет задачу.

– Тогда давайте попробуем действовать иначе, – предложила Таиса. – Что мы вообще знаем про него? В плане профиля. Он сильный, спокойный, уверенный. Грамотный охотник. Низкая эмпатия – с учетом того, что он делал с женщинами. Но при этом великолепные артистические способности, раз он столько водит нас за нос. И все же уязвимые места у него есть, надо ориентироваться на них.

– Это какие же, склонность к трофеям? – поинтересовался Гарик. – Там мы до сих пор не знаем, забирал он вещи жертв себе или избавлялся от них.