Зрители в большинстве своем были удивлены и насторожены. Кто-то злорадствовал, в основном представители персонала. Однако они старались это скрыть, чтобы не вызвать подозрения у других клиентов.

Ну а кое-кто остался совершенно спокоен. Очень неожиданный кое-кто.

Здешнего фотографа Вячеслава Шилова Гарик знал благодаря снимкам из социальных сетей. После их изучения профайлеру показалось, что парень безвреден. Таиса, пообщавшаяся с фотографом, подтвердила эту версию. Шилов дал им полезную информацию, больше от него никто ничего не ожидал. Он был нерешительным, трусоватым и неагрессивным, он не подходил на роль убийцы Дарьи Виноградовой, Таиса даже сочла, что он любил погибшую девушку…

Но вот он стоял в толпе, причем в задних рядах, чтобы на него не обращали внимания, и казался спокойным, как скала. Конечно, с такого расстояния Гарик не мог разглядеть его глаза, но общее представление о выражении лица все равно появилось. Тот Шилов, которого они сделали частью этой истории, должен был злиться или испытывать вину… Ведь убийцы его возлюбленной оказались совсем близко! Однако он просто смотрел на них, предельно равнодушный, как будто готовый улыбнуться… Потому что они вот-вот будут наказаны? Или потому, что его план сработал безупречно?

Если бы Матвей был здесь, он бы сказал, что это домыслы, основанные на антипатии и поверхностном впечатлении. Но Матвея здесь не было, и знания о Шилове перестраивались, меняя смысл.

А ведь этот парень, если задуматься, мог оказаться их охотником. Они решили, что нет, так ведь хватает причин, по которым он подходит!

Он прожил здесь почти год – он и не скрывал этого. Он был в Охотничьей Усадьбе, когда убили Еву и Майю, когда похитили Дашу. Первых двух женщин он безжалостно убил. Со второй дал слабину, потому что она была ему небезразлична. Это, в принципе, объяснило бы, как обнаженная девушка сумела сбежать от него в разгар метели. Жаль, что Дашу это не спасло…

Он умел внушить женщинам доверие и симпатию. Смазливая мордашка, очаровательная улыбка – неплохой арсенал. Он привлекал их, он не казался опасным. При этом он оставался сильным, тренированным мужчиной. Если он действительно был психопатом, он сумел бы продемонстрировать это в нужных обстоятельствах. Гарику уже доводилось наблюдать, как такие люди меняются до неузнаваемости за считаные секунды.

Шилов убедил Дашу, что редко покидает Охотничью Усадьбу, потому что очень занят. Но был ли он на самом деле занят – или не хотел, чтобы кто-то интересовался, что же он такое делает в свободное время?

Он прекрасно знал, чем занимаются Третьякевич и компания – или о многом догадывался. Наверняка ему стало известно об истории с Евой Сон. Когда девушка вернулась в Усадьбу, чтобы отомстить, Шилов мог перехватить ее до того, как она добралась до своих мучителей. Так он убивал двух зайцев одним выстрелом: получал и новую жертву, и подстраховку, которая позволила бы ему переложить вину на других.

Ну а главное, Таиса, пусть и невольно, дала ему наводку на то, что кто-то заинтересовался делами четверки мажоров, связав их с убийствами в лесу. Шилов понял, что нужно действовать, и вот уже рано проснувшийся охотник находит среди снега растерзанные зверями останки…

Если все действительно было так, Шилов в Охотничьей Усадьбе не задержится. Пару дней он еще посидит тихо, чтобы не вызвать лишних подозрений и убедиться, что его план сработал. Ну а потом он наверняка уволится, объяснив это тем, что пережил стресс, недопустимый для творческого человечка, и больше так не может.

Поэтому Гарику нужно было поговорить с ним немедленно. Не обвинять открыто, конечно, просто получить побольше информации. Сейчас, когда в Усадьбе все еще хаос, вызванный задержанием постоянных клиентов, туда несложно будет проникнуть постороннему, и Гарик собирался воспользоваться этим.

По-хорошему, следовало бы предупредить Матвея или Таису. Но он решил, что это будет лишним, даже если Шилов действительно убийца, которого они ищут. Еще ведь даже не стемнело, вокруг полно людей, да и вообще, этот псих охотится только на женщин, мужчине ничто не угрожает. Что может пойти не так?

– Он все-таки наябедничал? – проворчала Таиса. – Ребенок!

– А ты все-таки сделала по-своему, вопреки всем советам, – парировал Форсов. – Тоже поступок далеко не зрелой личности.

Таиса и сама понимала, что рискует, ей для этого не нужны были нотации Матвея. Однако она не собиралась бросаться в омут с головой. После того, как она запустила в деревне нужные сплетни через Елену, она сообщила обо всем Матвею, чтобы хоть кто-то ее подстраховывал. Хотела рассказать и Гарику, он наверняка понял бы ее лучше. Вот только Гарик пока не вернулся из Охотничьей Усадьбы, так что с этим пришлось подождать.

– Что именно ты сказала? – устало спросил Форсов.

– Я считаю, что он на свободе, но только потому, что полиция ошиблась. Сам по себе он бы ничего подобного не придумал, ему просто везет. Он способен справиться лишь с женщинами, которые почему-то оказались одни. И даже их он делает слабыми и беззащитными, лишая одежды. Это связано с его неуверенностью в себе, а также частичной импотенцией: возбуждение он испытывает только при беспомощности жертвы, так что он зависит от этой охоты.