— Хозяин, — въехал ко мне в комнату робот, держа в руках чай с медом.

— О, чай! — прохрипел я, протягивая руку к кружке.

— Нет, его я пожалуй не дам, а то обожжете себе весь рот, — он поставил кружку на стол и отодвинул подальше. — Пусть пока что остынет.

— А чего ты такой угрюмый? — взглянул я на его поникший вид, так как помощник косился на меня с печалью в глазах.

— Кажется, ты скоро умрешь, хозяин, — выпалил робот.

— Ты что такое говоришь? — я покрутил пальцем у виска. — Совсем сбрендил?

— Я серьезно, — он открыл что-то в планшете. — Зря ты убил Степана Хмельницкого.

— С чего бы это? А ничего, что он приказал убить наших слуг? Или я должен быть похож на терпилу?

— Это здесь не при чем, — помотал он отрицательно головой. — Я решил разобраться в причинах твоих неудач и…

— Да ладно, только не говори мне, что веришь в какие-то суеверия! — перебил я его.

— Не верю, но верю в магию и колдовство, ведь в Российской империи это нормальная практика, — пояснил Алеша.

— Ну, если так рассуждать, то ты меня почти заинтересовал, — отозвался я. — И из-за чего у меня такие частые неприятности в последнее время?

— Из-за того, что ты тупой! — бросил робот и похихикал.

— А если без шуток? — попросил я его.

— Я и не шутил, — иронично заметил он. — Но дело очень опасное, и ты правда скоро откинешь коньки такими темпами. Короче, я взломал файлы магического учебного заведения и перерыл все местные новости за последние годы.

— И про кого ты искал информацию? — не понимал я, к чему он клонит.

— Про старшую дочь того самого Хмельницкого. В общем, её зовут Кристина, и она с золотой медалью окончила академию. Эта девушка на уровне мастера владеет тёмными древними силами, что является огромной редкостью даже среди магов. Она относится к колдуньям, а не к стихийным магам. А самое главное, способна накладывать на людей клеймо проклятия. Поэтому с Хмельницкими никто особо не враждовал. Все боятся дочь Степана Хмельницкого до ужаса. От мощных проклятий из её арсенала и вовсе не избавиться. Так что скорее всего все твои неудачи — дело её рук. Но если так, то со временем тебе будет становиться всё хуже и хуже, и ты не протянешь даже года. Судя по старым новостям, она уже проворачивала подобное даже с сильными магами, и все они умерли очень скоро.

— А теперь давай вернёмся к тому моменту, когда ты сказал, что «избавиться от проклятия практически невозможно», — я вспомнил слова Кристины и мне уже было совсем не до смеха. — Есть ли хоть какой-то шанс?

— Если бы он был известен, то сильные маги спаслись бы, — ответил робот.

— Логично, — сказал я с каменным лицом. — Но ведь у тебя есть какая-то идея, раз ты заговорил об этом? Что ты знаешь?

— Ничего, — пожал он руками. — Но у меня есть одна идея. Я бродил по городу и расспрашивал местных, есть ли кто-то, кто знает больше о таких проклятиях. Как выяснилось, даже сама Кристина не может отменить действие столь мощного клейма, которое она наложила. В одном из баров я напоил пивом гончара, который рассказал мне, что в соседней губернии живет могущественная знахарка, также владеющая колдовством. Она якобы спасла от порчи сына его знакомых. Так что билеты на поезд для нас я уже купил, ведь других вариантов у нас просто нет. Она, возможно, твой последний шанс.

— Но у меня здесь еще дела, — промямлил я.

— С твоим невезением они все равно не завершатся успешно, а если и завершатся, то к тому времени ты уже умрешь, — возразил робот.

— Ладно, звучит убедительно, — согласился я.

Утром нам предстояло отправиться на поезде в другую губернию. Ночью меня мучили кошмары, и всё тело ломило. К рассвету я проснулся в еще худшем состоянии: голова кружилась, и меня лихорадило. При этом работники сообщили мне, что серебра так и не обнаружили, а техника снова вышла из строя. Банк уже требовал первый взнос по кредиту. Но это было не всё, что убедило меня в наличии наложенного на меня проклятия. В столовой нас с Алешей поджидал Вадим со своими дальними родственниками. Они поставили мне ультиматум: как можно скорее закрыть кредит и переписать земли на Вадима. Видимо, он обещал родственникам заплатить за помощь в изгнании меня. Я выписал чек на закрытие большей части кредита, но на остальное у меня просто не было средств.

— Мы подадим на тебя коллективную жалобу и через суд добьемся того, чтобы ты был лишен права быть главой нашего рода, а оставшийся долг останется за тобой, — заявил Вадим с самодовольной ухмылкой. — Я найму хорошего юриста, который поможет мне объявить банкротство. Так что готовься покинуть дом без гроша в кармане!

Какой же он выбрал подходящий момент! Но сейчас я был не в состоянии разбираться с этим, ведь спасение моей жизни было приоритетом и откладывать это было нельзя — мертвому деньги не нужны.

— Делай что хочешь, — бросил я ему и вышел.

К счастью, я взял с собой немного денег и сумку с вещами для поездки. Через пару часов мы уже были в другой губернии и направились к дому знахарки, адрес которого указал гончар Алеше. Однако окна её дома были заколочены, а участок обнесен лентой.

— Мда, не похоже, что здесь кто-то живет, — провел я рукой по волосам и задумался. — Нужно разузнать о ней у местных.

После полуторачасового опроса прохожих мы узнали, что знахарку сегодня будут казнить на главной площади. Её обвинили в жульничестве и порче стад коров и другой живности на крупных фермах: якобы они поголовно умирали, принося большой убыток хозяйству.