столица Челябинской локации

55°09? с. ш. 61°24? в. д.

— Ну и зачем мы туда премся?! — вот уже второй час ныл свинтус. — Нафига нам тот Челябинск? Там одни расисты живут! Меня вообще кто-нибудь слышит? Ра-сис-ты! Туда вообще демонам вход воспрещен, всех демонов сразу на входе вешают на городских воротах.

— Нам-то не гони, — буркнул Псих. — А то я на Урал никогда телепортом не прыгал. В Челябинске, правда, не был, но слышал о нем достаточно. Демонов там не любят, это правда, и проживание в городе демонам запрещено. Но по делам находится в городе разрешено до трех суток. Там даже гостиница для демонов есть, причем в самом центре.

— А почему в центре, ты знаешь? — ничуть не смутившийся Жир тут же развил тему и сам ответил на свой вопрос. — А чтобы сбежать не могли! Где-нибудь на окраине прыгнул через стену — и лови ветра в поле! А в центре — шалишь! Из центра так просто не слиняешь! Только я им хрен дамся!

От избытка чувств Жир даже погрозил граблями неведомым ловцам.

Но никто не поддержал его благородного негодования. Все паломники месили дорожную пыль молча — нытье свиноида за последний час всем изрядно поднадоело и все надеялись, что если не поддерживать тему, свинское недовольство стихнет само собой.

Но нет!

— Ладно, оставим временно тему расистов! — вновь завел шарманку Жир. — Но вы на карту-то смотрели? Мы в Москву идем! В Москву!!! А Москва там! На западе!

И свин ткнул граблями перпендикулярно направлению движения.

— А мы куда идем? В Челябинск! На юг! Мы, етишкины коты, удаляемся от Москвы. Удаляемся, слышите?

Жир в негодовании всплеснул руками.

— Ну хорошо, давайте! Давайте! Давайте пойдем в Челябинск, потом пойдем в Кустанай, потом вообще в Целиноград и Караганду уйдем! Нам-то что? Бешенному киноиду тысяча верст не крюк!

— Жир, ну хватит уже! — взмолился сидящий верхом Четвертый. — Я тебе уже три раза объяснял, зачем мы идем в Челябинск. Ты сам видел, сколько нам очков отсыпали после регистрации подорожной в Ебурге. Это месяц нашей прокачки. Месяц! А то и полтора. Без регистрации в крупных городах я второй уровень Святости не наберу.

— Так давайте вообще никуда не пойдем! — обрадовался Жир. — Нафиг нам та Москва. Давайте будем по кругу по всем областным центрам Союза бегать. А что? Прокачка идет, очков насыпает… Романтика!

— Так, Жир, ты достал! — завелся Псих. — Тебе все русским языком объяснили, китайская ты свиноматка. Крупные города дают офигенный буст, а крюк из Ебурга до Челябинска задержит нас на пару дней, не дольше, а там, внизу, куча крупных городов. Поэтому мы пойдем в Челябинск, а потом пойдем в Уфу, и вообще будем заходить во все большие города, хочет этого одна визглива свинья, или не хочет. Ты все понял, свинота скандальная? Если нет, я тебе сейчас быстро объясню старым дедовским способом — поленом по хребту! Говорят — очень хорошо доходит, даже до последних дебилов!

Жир побагровел от гнева и, набычась, поедал взглядом Психа, крепко сжимая грабли. Обезьян, впрочем, тоже завелся всерьез, и свою железную палку держал чуть наотлёт, готовй рубануть ею при первом же движении соперника.

Они стояли, глядя друг на друга исподлобья, как два барана и остальные паломники настороженно притихли.

Первым сдался Жир.

Он резко выдохнул, хрюкнул, повернулся к Психу спиной, забросил грабли на плечо и независимой походкой молча пошел к Челябинску.

— Ладно, не дуйся, — примирительно сказал Псих, догнав свиноида. — Что вообще на тебя нашло, брат? Ты там в розыске, что ли?

— Ну да, — неожиданно сознался Жир. — Причем бессрочном.

— Ух ты… А за что?

— Да по глупости, — печально хрюкнул Жир. — Одному пинджаку рога посшибал.

— Ух ты… А за что?

— Он мне на ногу наступил.

Дальше шли молча. А потом Жир вновь подал голос.

— Да если честно, то фигня полная этот розыск, его, небось, и не помнит никто. Его же объявили, когда не то что Четвертый — неведомый папашка Четвертого еще не осчастливил этот грешный мир своим появлением. Там, небось, все тогдашние менты померли уже десять раз.

— А что тогда паришься? — удивился Псих.

— Да так… — нехотя признался Жир. — Меня там один мужик ловит. О своим, личным делам. Вот эта сволочь наверняка жива и ни-че-го не забыла.

Дальше Жир шагал с таким озабоченным рылом и такой печалью в глазах, что Четвертый не выдержал и, когда они уже подошли к воротам, предложил:

— Может, вы меня тогда здесь подождете, а я один смотаюсь, подорожную отмечу? Ну правда, что со мной будет? Все-таки город, мирная локация…

Жир хрюкнул так, что вздрогнул даже стражник на башне, а Псих просто взоржал лошадью. Даже Тот улыбнулся.