Гэбриел вышел из камеры вслед за Ашером. Странно было оказаться с ним наедине ночью в опустевшем крыле. Гэбриел посмотрел в конец галереи, чтобы узнать, кто сегодня дежурит, но охранника не оказалось на месте. Единственной открытой была камера Кензи и Спаркса. Когда они попали под полосу света, Гэбриел разглядел руки Ашера. Их покрывали пятна крови.

Внутри камеры царила темень, но Гэбриел разглядел силуэт. Поначалу он решил, что это Кензи или Спаркс, а потом понял – у коек стоит Джонсон. Он скрестил руки на груди в небрежной позе. Однако как только высветилось его лицо, Гэбриел понял, насколько охранник далек от спокойствия. Он выглядел мертвенно-бледным, покрытым холодным потом, нервным и перепуганным.

– Какого хрена ты притащил его сюда? – В голосе Джонсона звучал панический страх.

– Расслабься. Он никому ничего не расскажет. Я ведь прав? – спросил Ашер у Гэбриела.

– Надеюсь, ты прав, – отозвался за Гэбриела Джонсон.

Гэбриел присмотрелся к койкам. На верхней лежал Кензи. Могло показаться, что он просто спит, но было нечто странное в том, как распласталось его тело. Гэбриел бросился к нему и прощупал пульс.

– Он скоро очухается, – успокоил его Ашер.

– Что ты с ним сделал?

– Немного надавил на трахею, и он вырубился. Не хотел, чтобы он мешал, пока я обрабатывал его приятеля.

– Обрабатывал? – Гэбриел резко развернулся. – Какого дьявола ты имеешь в виду?

Спаркс лежал на нижней койке лицом к стене, завернутый в одеяло. То, что Гэбриел поначалу принял за храп, больше напоминало хрипы агонии. Гэбриел упал на колени и откинул одеяло. Спаркс был весь в крови.

– Спаркс! Очнись!

– Не надо орать! – тут же нервно вмешался Джонсон.

– Понимаешь ли, здесь подрались Спаркс и Кензи. Джонсон уже скоро обнаружит его на полу камеры. Такая вот неприятность. – Ашер ухмылялся, откровенно наслаждаясь ложью.

– А с ним ты что сделал? – снова спросил Гэбриел.

– Только не надо ревновать. Мы с ним не озорничали. Этим я займусь с тобой, поберегу силы. – Ашер помолчал, глядя на губы Гэбриела, глубоко втянул воздух и подался на шаг назад. – Ты знал, что если обернуть головку зубной щетки пленкой для пищевых продуктов, а потом поджечь, она становится твердой, как камень? Потом остается только тереть о плитку пола достаточно долго и под нужным углом, чтобы получить вот такое лезвие. Оно острее бритвы.

Ашер показал заточку из зубной щетки, покрытую кровью. Кровью Спаркса.

– Откуда кровь? – Гэбриел проверил горло Спаркса, но оно не было взрезано.

Уже хорошо.

– С Кензи случился приступ внезапного умопомешательства, и он поранил сокамерника. Проткнул в нескольких местах. Ссора между любовниками, как я полагаю. Обычное дело. – После паузы Ашер добавил: – По крайней мере, так подумают другие надзиратели.

– Спаркс даже не голубой.

Ашер пожал плечами.

– Значит, он отверг притязания соседа. Бывает тяжело пережить, если тебя все время отшивают. Это любого может заставить пойти на безумные поступки.

– Кензи поплатился за то, что сказал на прогулке во дворе, так?

Гэбриел начал понимать извращенную логику Ашера. Он наказал Кензи, заставив страдать Спаркса. А это значило, что он без колебаний применит тот же метод к нему, причинив боль Эмме.

Ашер снова пожал плечами.

– Да, он вел себя немного грубо. Как и вы все. Мне показалось, я нашел отличный способ продемонстрировать тебе и остальным, как легко можно оказаться по уши в дерьме и уже не отмыться.

– Тебе это с рук не сойдет!

Ашер посмотрел на Джонсона и кивнул в сторону двери. Гэбриелу очень не понравилось при этом выражение лица Ашера, явно желающего остаться с ним наедине. Он по-прежнему сжимал в кулаке окровавленную зубную щетку. Джонсон неохотно подчинился. Интересно, что еще Ашер может заставить его сделать?

– Давай поаккуратнее здесь. Мне уже предстоит давать слишком много не самых убедительных объяснений, – предупредил Джонсон.

– О нем можешь не беспокоиться, – заверил Ашер, когда охранник выходил из камеры. – Он точно не донесет.

Спаркс застонал от боли, а потом звук превратился в едва слышные всхлипы.

– Чего тебе надо? – спросил Гэбриел.

– Если я способен сотворить такое в тюрьме под носом у надзирателей, только представь, что может сделать с твоей подружкой мой брат на воле и без свидетелей, – тихо сказал Ашер. – К примеру, приведет ее на вечеринку, накачает наркотой и пустит по кругу со своими дружками.

Стараясь не обращать внимания на угрозу, Гэбриел снова набросил одеяло на Спаркса, которого теперь била дрожь.