— Снова врёшь, в сети начитался.

— Вот не верите вы мне, начальник, а я вам правду говорю.

— Некогда мне твои сказки слушать. Расскажешь их следователю.

— Начальник, ты снова забыл про 2059 статью межгалактического кодекса. Ты не имеешь права допрашивать меня без моего представителя.

— Твой представитель уже ожидает тебя около входа в мой кабинет.

— Это вы об Ардаре?

— Да.

— Тогда уточните, когда конкретно я назначил его своим представителем?

— А ты против него?

— Против, к тому же моего представителя вы прекрасно знаете — это лейтенант СБ, с которым я находился здесь в прошлый раз. Или это вы также будете отрицать и утверждать, что я вру?

После этих слов, начальник полиции хотя и пытался не показать, но я по его лицу сразу прочитал, что он совсем не хочет вмешивать сюда флот, а тем более СБ флота и мало того, ему всё происходящее совсем не нравится.

— Нет, не буду отрицать, — ответил он после небольшой паузы.

— Тогда пригласите сюда моего представителя.

— Тебе пригласят его во время допроса.

В кабинет зашёл полицейский, и мы с ним пошли к нему. Когда мы зашли в небольшой закуток, где он работал, с полностью прозрачными стенами, на одной из стен включилась небольшая панель, и появилась девушка в форме флота.

— Вы кто? — спросил у неё полицейский.

— Меня зовут Мэй, я представляю юридический отдел флота. Лейтенант Обри попросил меня представлять законные интересы этого разумного.

— Скорее, уже неразумного.

— Сейчас разберёмся.

Мне пришлось повторно рассказать полицейскому о том, что произошло и ответить на несколько совсем не понятных мне вопросов. После чего следователь показал мне фотографии нескольких разумных, которых я никогда не встречал. На этом допрос закончился, и девушка на экране отключилась. С меня сняли наручники и вывели к ожидавших меня у входа в полицейский участок Тею Ардара и Ори. Как я и думал, Ардар не стал устраивать разборку на месте, и мы пошли пешком обратно в интернат. Руководство интерната шло впереди, а мы с Ори немного сзади.

— Как ты? — негромко спросил Ори. Заметил, что он выглядит совсем не очень.

— Плохо, голова болит и тошнит постоянно.

— Сочувствую.

— Они мне не верят.

— Тебя ведь предупреждали об этом. Надеюсь, ты ничего не сказал про эту девчонку из интерната.

— Нет, но следователь мне сказал, что будут проверять Алай.

— И ты по этому поводу расстроен?

— И по этому тоже. Он не верит мне и говорят, что это всё ложь.

— Я ведь тебе сказал, чтобы ты шёл за мной, ты почему остался?

— Решил не усугублять и было нужно всё объяснить Тее.

— Ну и зря, объяснить ты ей мог и потом, а у нас было бы время, чтобы выработать общую позицию в том, что говорить в полиции.

— Я рассказал правду.

— Кому стало легче от твоей правды? И как тебе это поможет вернуть планшет?

— Думаешь, не вернут?

— Ты же сам сказал, что тебе не верят. Тогда с чего они тебе что-то вернут? Мне начальник участка сказал, что это ты всё придумал, нашёл этих троих в сети, а потом позвал меня на помощь. Так что у нас ты главарь, и мы собирались этих трёх разумных ограбить и убить.

— Они всё время про нож спрашивали.

— И что ты ответил?

— Что не знаю, откуда у тебя нож и куда ты его дел. А тебя спрашивали об этом?

— Спрашивали, сказал, что выбросил. Потом долго выясняли куда.

— А откуда он у тебя взялся?

— Нож не мой, а твоего противника. Он, после того как приложил тебя, достал его и попытался меня им прикончить.

— Не знал, я думал, он твой.

— Ори, откуда у меня креды на его покупку?

— У тебя оставалось немного на чипе.

— Там на нож не хватит.

— Как-то я не подумал об этом.

— Интересно, почему их интересует этот нож. Он что, особенный какой-то?

— Не знаю, я в ножах не разбираюсь.

Дальше мы пошли молча, каждый думал о своём.

— Конечно, ты постоянно вечно занят, а он ко мне с ножом повернулся и с ножа кровь капает! — возмутилась идущая впереди Тея.

— Тея, успокойся! — ответил ей Ардар.

— Сам успокаивайся! Ты его глаза не видел! Да ему разумного прикончить ничего не стоит! Я думала, он сейчас меня прикончит! — она повернулась и посмотрела на меня.