Да, я уже знал, что их пригласили, но вот женщины не могли до последнего надеяться на то, что свершится их маленькая месть и они меня отошьют. Ну, я не сделал им такого одолжения, ибо нефиг ведьмаков отшивать почем зря. Ведьмаки после этого обижаются и портятся.

Дома меня встретил неожиданный покой и согласие. Чопля не ругалась с Мариной, Кузьма не курил нервно у окна. Что-то явно случилось…

Они сидели втроём за столом и играли в настольную игру «Империя». Судя по довольной рожице Чопли — она выигрывала.

— Привет всей честной компании! — заявил я. — Всё ли у нас готово? Всё ли у нас собрано и выглажено?

— Всё сделано, шеф! — ответила Чопля. — Костюм висит в твоей комнате, всё заряжено в лучшем виде. Оружие укреплено и скрыто как ты любишь — ни один металлоискатель не подкопается.

— Чопля ещё ампулу с ядом вшила в воротник рубашки, — сказал Кузьма. — Так что если вдруг придется совсем худо, то не стесняйтесь укусить за левый уголок воротника.

— Что? Яд? Чопля, ты так плохо обо мне думаешь? — хмыкнул я. — Неужели я себя травить буду?

— Ну, случаи разные бывают, — с улыбкой проговорила Чопля. — Вдруг это как последнее средство? Ну, чтобы не выдать разных секретов императора-батюшки…

Ох, что-то не понравилась мне эта улыбка. Что-то было в ней такое… чоплинское…

Я вовсе не имел в виду, что улыбка шла от Чопли. Скорее, что-то в ней было ехидное и каверзное, как будто пикси нагадила мне в туфли, а сообщить забыла…

И конечно же я не собирался глотать никакой яд. Это позорная смерть для ведьмака. Лучше я сдохну, вцепившись зубами в глотку врага, чем пуская пену и дергаясь в судорогах.

Но вслух я ничего говорить не стал. Только благодарно кивнул:

— Чопля, я не сомневался, что ты внутри очень хорошая и добрая… Где-то очень глубоко внутри, настолько глубоко, что не достать светом фонарика.

— Вот вроде и похвалил, а по факту обругал, — буркнула Чопля. — Старайся для него после этого…

— Ты у меня молодец, — искренне сказал я. — Чтобы я без тебя делал? Может, жил бы где-нибудь во дворце на берегу Средиземного моря и ежедневно грел пузо на солнце.

Кузьма и не собирался скрывать улыбку. Его призрачная борода разъехалась в стороны, показывая конские зубы. Чопля фыркнула в ответ, но потом снова гаденько улыбнулась:

— Ладно-ладно, перевернется и на моей улице фура с пряниками! Вот тогда посмотрим — кто будет смеяться последним.

Надо же, и скандал закатывать не стала. Вот тут я и впрямь дал себе зарок ни в коем случае не касаться левого уголка рубашки.

— Марина, что по платью? — спросил я у молчавшей доселе помощницы.

— Выбрали, — кивнула Марина. — Пришлось постараться и слегка ушить в талии, но в нём ваша спутница будет неотразимой.

Мне показалось, что последнюю фразу она сказала печально. Как будто заревновала меня к Светлане. Я хмыкнул, взял двумя пальцами её за подбородок и поднял лицо:

— Отставить грусть-тоску! Выход Карамазовой никак не связан с моей к ней симпатией или антипатией. Император сам говорил, что хотел бы притянуть Светлану ко двору, вот я и начал делать первые шаги. Грех её отца довлеет над всей семьёй, а я хочу этот самый грех убрать достоинством дочери.

— А я знаю анекдот про достоинство! — подала голос Чопля и тут же его рассказала: — Девственность — это женский недостаток, который легко устраняется мужским достоинством.

— Молодец, я ни капли не сомневался в твоих познаниях фольклора. Ладно! Закончили обсуждения! — хлопнул я в ладоши. — Я голоден, как волк, и как волк буду зол, если меня сейчас же не накормят!

— Идемте, господин Южский, — с улыбкой сказала Марина. — У меня всё готово…

Я кивнул и двинулся за ней следом. В спину мне донеслось:

— А я бы ему в чай плюнула за такое отношение. Ведь это я должна была идти на бал, а вовсе не какая-то там Карамазова!

В костюме я и вправду выглядел как настоящий дворянин. Начищенные до зеркального блеска ботинки слепили глаз. Черный с отливом пиджак и такие же брюки, о стрелки которых можно порезаться. Белая, как снег на улице, сорочка. Золотистые запонки. Оригинальная заколка алого галстука в виде меча. Никто не знал, что этот меч был внутри полым. Знал только я и мастер, который эту заколку сделал. Выпрошенную травку я спрятал внутрь меча.

Я кинул на себя взгляд в зеркало — писаный красавец, хоть прямо сейчас хватай и тащи в ЗАГС. Ух, держитесь женские сердца! Сегодня не одна красотка будет плакать в подушку, не наблюдая моё лицо рядом.

В прихожей мне осталось только накинуть теплый плащ и можно отправляться. Водитель от Бесстужева уже скинул сообщение, что находится возле подъезда.

Стоящая рядом Марина сбросила с моего плеча несуществующую пылинку и от всего сердца пожелала удачи. Потом не выдержала и кинулась на шею, целуя в щёку.