— То есть, снаружи понятия не имеют, что здесь сейчас творится?

— Ага

Соболев уселся на землю и уткнулся лбом в колени. Он даже отдалённо не напоминал сейчас того, кто буквально несколько минут назад собирался меня убить. А у меня возник ещё один важный вопрос — если Академия такая защищённая и изолированная, как о ней рассказывал Егор, то каким образом сюда проникли осквернённые?

— Ладно, найди какое-нибудь оружие и давай попробуем пробиться к Академии, захватив с собой остальных.

Тех, кто ещё остался жив, потому что картина раскинувшаяся перед глазами была безрадостная. Все чаще я видел осквернённых и всё реже живых людей. Я тряхнул головой, прогоняя лишние мысли.

— Какой в этом смысл, — его унылый голос уже начал бесить.

— Ну нет, значит — нет. Значит Аня всё же проведёт со мной день, — равнодушно пожал плечами и припечатал, — ночь, впрочем, тоже.

— Закрой свой рот! — Егор вскочил на ноги и сжал кулаки, сверля меня взглядом полным ненависти.

Вот, другое дело. Осталось только направить эти эмоции в другое русло.

— Найди, что-нибудь, чем сможешь защищаться, — опять повторил я, — хоть палку, хоть камень — плевать. Старайся пробить им голову, но если не получится — забей, нам важно как можно быстрее попасть в кабинет директора и артефактную, а не забрать с собой как можно больше осквернённых.

Соболев ещё какое-то мгновение смотрел на меня, играя желваками, но затем медленно кивнул. Я же использовал это время, чтобы осмотреть себя, дуэль с младшим должна была оставить серьёзные отпечатки на моём многострадальном организме.

Но, на удивление, всё оказалось не так уж и плохо. Я не чувствовал каких-то серьёзных повреждений, а мелкие царапины были не в счёт. Странно, должно было быть намного хуже. Как минимум, я должен был сейчас харкать кровью и бороться с болью за каждый вдох.

Некроманты... Вы всегда пытаетесь взять больше жизни, чем вам полагается.

В голове всплыли слова Евы. Мог ли я действительно взять больше от её лечения, чем она собиралась мне дать? Не знаю, но это было похоже на правду. И сейчас этой заёмной жизнью я медленно себя исцелял.

Логично, учитывая то, что Скверна и её питомцы никак не влияли на мои способности. Это подтолкнуло меня к ещё одной мысли. Я подошёл к трупу осквернённого и критично его осмотрел. Не так много в нём было прожилок со Скверной, но должно хватить.

Пробить сгнившую грудину и разворотить рёбра было легко, гораздо сложнее найти редкие вкрапления черной вязкой жидкости, но и с этим я справился, довольно оглядывая результат своей работы.

— Да ты просто конченный, боже...

Егор вернулся как раз вовремя и теперь пытался сдержать рвотный рефлекс, глядя на мою правую руку и на кровавую кашу, в которую превратился осквернённый.

Я щедро вымазал адамантиевый браслет в Скверне, на всякий случай захватив и участок кожи, которого тот постоянно касался. По жилам прошлась изморозь, заботливо укутывая в себя каждую частичку тела.

— Нашёл оружие?

Его оскорбительный комментарий я решил проигнорировать. Какая разница, если сейчас я был гораздо сильнее, чем любой из них? Какая разница, если сейчас я не чувствовал как меня душит сраный браслет? Верно — никакой. А имидж аморала поддерживать всё-таки надо.

— Да, у судьи была клановая шпага, — он взмахнул декоративной тыкалкой, которая годилась разве что для светских приёмов. — Я тут подумал, на арене есть склад с тренировочным оружием. Ничего серьёзного, конечно, но остальные ученики, скорее всего, будут прорываться туда. Сейчас это единственное, что может помочь им выжить. Ева... — его голос предательски дрогнул, — Ева тоже должна быть там.

Я кивнул — мысль действительно была хорошая.

— Про Аню забыл ещё, — не знаю, зачем до сих пор пытаюсь его уколоть. По инерции, наверное.

— Что?

— Ну. Про Еву вспомнил, про Аню — нет. Уверен, что не хочешь отдать её мне просто так?

— Отвали от моей девушки, аморал! — он бросился на меня, но я легко ушёл с линии атаки.

— Нет, так нет. Что ты сразу завёлся то? Пошли уже за оружием, пока этих мёртвых ублюдков не стало ещё больше.

Прорываться было тяжело. Когда количество учеников поредело, осквернённые начали стекаться в толпу. Если бы Лютый сейчас был со мной, то проблем это не доставило, но увы. Шпага плохо справлялась с тем, чтобы прорубаться сквозь множество тел разной степени протухшести.

А на моей стороне так и вовсе были только голые кулаки и мешочек с костями. Жаль, что на дуэли очередь до него так и не дошла. Было бы интересно посмотреть, что я смогу с ними сделать, когда львиная доля моих сил заблокирована.

Щедро зачёрпываю горсть мелких костей и бросаю в ближайшую толпу. Кости удлиняются и становятся тоньше, превращаясь в костяные иглы, которые прошивают ближайших осквернённых насквозь.

Меня зашатало, из носа дробно забарабанила кровь, а мир расплылся и на мгновение превратился в сплошное серое пятно с редким вкраплением красок.