— Ну что, Станислав Станиславович… Я искал тебя так долго, а нашёл так внезапно.

— Вы… ты… мой папа? Нашёлся! Мама говорила, что ты обязательно приедешь! — маленькие руки потянулись к мужчине и обхватили шею.

— Похоже, да, — улыбаясь сквозь слёзы и вновь прижимая к себе мальчика, прошептал Ларский и резко поднял взгляд вверх.

В дверях стояла Настя. Его Настя! С миллионом эмоций в её зелёных глазах…

Стас медленно встал, отпустив ребёнка, который тут же обнял его на высоте своего роста. Так же медленно поднял руки ладонями вперёд.

— Не… не волнуйся, Настя. Я не за сыном. Так получилось… Мы встретились совершенно случайно…

С трудом оторвав взгляд от Стаса, Настя посмотрела на Галину Георгиевну, и та быстрыми шагами прошла к выходу, выскользнула в коридор и закрыла за собой дверь.

Стас хотел ещё что-то сказать, но Славик опередил его, рванувшись к матери и схватив её за руку:

— Мама! Мама! Папа приехал, как ты и обещала! Папа приехал!

Его глаза сияли таким чистым синим счастьем, что Настя не смогла произнести ни слова, а сын уже вновь обнимал отца. Стас поднял Славика на руки, и тот, обхватив его руками и ногами, буквально прилип к нему.

— Мама говорила, что ты потерялся! Но я верил, что найдёшься! И мама обещала…

— Сын, — у Насти наконец прорезался голос, — ты был на полднике?

— Нет ещё, — не поворачивая головы, произнёс Славик.

— Иди в комнату, переоденься и спустись в столовую. Потом придёшь сюда. А мы пока поговорим.

— Не пойду! Я не хочу есть!

— Нельзя нарушать расписание! — более жёстко настояла Настя. — Папа подождёт тебя.

— Иди, сынок. Иди. Нам с мамой надо поговорить.

— Пап, а ты точно не уйдёшь?

— Ни за что.

Стас опустил сына на пол. И тот, обогнув Настю, дошёл до дверей, но потом вернулся и выглянул из-за матери с другой стороны:

— Обещаешь?

— Обещаю.

Дверь хлопнула, и за ней раздался перестук ботинок по полу стремительно бежавшего ребёнка. А ещё его звонкий крик:

— Мой папа нашёлся! Мой папа нашёлся!

Настя резко отвела взгляд от лица Стаса и, пройдя к рабочему столу, поставила на него сумочку.

— Это Макс сказал, где мы? — не оборачиваясь, спросила она.

— Нет. После того разговора с тобой я больше не спрашивал его о вас. Сразу подал на развод. Решил, что мы должны встретиться, только когда я стану свободным.

— Развёлся?

— Ещё нет. Адвокаты возятся с разделом имущества.

— Какая меркантильность…

— Я бы всё отдал за этот чёртов развод. Но это не моё имущество. Фактически почти всё принадлежит отцу.

— И ещё одно разбитое женское сердце.

— Нет там разбитого сердца. Марианна давно смирилась с тем, что у нас ничего не получилось.

— Такая блистательная пара, вечно влюблённая, счастливая… и не получилось?

— Ревнуешь? — раздалось прямо за спиной, и, чувствительно вздрогнув, Настя развернулась.

Два напряжённых взгляда столкнулись.

— Не было у нас никакого счастья, Настя, и любви не было. И я это могу доказать.

— Интернет уже доказал.

— Ты видела только то, что должны были видеть все. Но если захочешь, увидишь и то, что видели мы с Марианной.

— Стас…

— Разреши немного побыть с сыном. Пожалуйста. И я уеду. Сегодня же. Вернусь, когда стану свободным.

— Разрешу, но только ради Славика. И на территории интерната. И… и предупреждаю: вы с отцом у меня его не заберёте.

— Только с тобой вместе.

— Внизу найдёшь комнату для встреч с родственниками. Я приведу Славика туда. В восемнадцать тридцать у него ужин. Потом можете опять побыть вместе до двадцати часов.

— Хорошо, сегодня я постараюсь больше не раздражать тебя своим присутствием. Но ещё кое-что скажу. Серые глаза тебе идут больше.

* * *

Развернувшись, Стас вышел из кабинета. Настя резко выдохнула и схватила телефонную трубку:

— Оля, соедини с охраной… Иван Степанович, к нам приехал родственник одного из мальчиков. Проследите, чтобы ребёнка не вывели за территорию. Предупредите охрану у ворот. Они уже закрыты? Спасибо…

Она осела в кресло и, поставив локти на стол, утопила лицо в ладонях. В голове проносились лихорадочные мысли от «что делать» до «бежать». Но куда бежать? Раньше если и переезжала, то в уже проверенные и подготовленные места. А вот так… с ребёнком в неизвестность… И бросить интернат, детей?.. А может, правда, что разводится?