— Настя, ты будешь с нами ужинать?

— Я очень устала, хотелось бы поесть тут и сразу лечь.

— Отец переживает, что очень грубо обошёлся с тобой. До сих пор кабинет шагами меряет. Если бы ты пришла на ужин, то всё сгладилось бы…

— Хорошо, — вздохнула Настя. — Я спущусь.

— Вот и прекрасно, стол опять будет накрыт на троих.

Светлана Игоревна улыбнулась и выпорхнула из комнаты.

Настя достала из-под учебников лекарства, на её счастье не замеченные Светланой Игоревной, и закинула их в шкатулку. Заперев ту на ключ, вернула его на место под столешницу и с облегчением вздохнула.

Вновь подумала об ужине. Пережить его, наверное, будет сложно, но если она осилит этот шаг, то осилит и первое своё появление в универе, и первую встречу с Женькой, предательством разорвавшей ей душу.

И с теми, перед кем она стояла униженной. Впереди её ждёт многое из того, через что надо пройти.

Настя тяжело встала, зашла в гардеробную, сняла с вешалки платье, которое больше всего понравилась Светлане Игоревне на шопинге. Пока крутилась у зеркала, вспомнила, с каким бледным лицом та стояла рядом, пока отец отчитывал свою дочь, и решила, что слово «мачеха» должно навсегда исчезнуть из её лексикона.

Отец заметно переживал, что с ходу сорвался на дочь. После ужина все трое остались внизу. Владимир Викторович пару раз прошёлся по гостиной туда-сюда, а его женщины ждали, когда глава семьи соберётся с мыслями. Наконец он остановился напротив дочери.

— Анастасия. Сегодня я был несправедлив к тебе. Был жесток. Проигнорировал собственное правило: сначала выслушать собеседника, а потом уже делать выводы. У нас и без этого сложные отношения в семье. Не хочу, чтобы мы отдалились друг от друга ещё больше. Я снимаю все ограничения, которые объявил в наказание. Ты сможешь меня простить?

Он сел на диван рядом с дочерью и притянул её к себе. Настя почувствовала ком у горла, но сдержала слезы. Она прижалась к родному человеку, слушая, как бьётся его сердце. Если бы только знал отец, насколько он был прав, выговаривая ей за эту поездку.

— Пап, именно в этот раз ты справедлив, как никогда. Я действительно повела себя неосторожно. А со Светланой Игоревной у нас вполне нормальные отношения. Ты разве не ещё заметил? Вот это платье она мне выбрала.

Владимир Викторович посмотрел на дочь, затем на жену, ещё несколько раз перевёл взгляд с одного улыбающегося лица на другое. И его лицо, до этого момента настороженное, расплылось в улыбке.

— Девчонки мои, девчонки! Как же я вас люблю. Выбирайте путешествие на новогодние праздники. Анастасия, если захочешь, пригласи в поездку подругу.

* * *

Настя уснула почти сразу, как легла. И воспоминания о треклятой вечеринке не мучили её. Её радовал вечер, проведённый втроём. Они ещё долго сидели вместе в уютном холле и хохотали до слёз над проделками Насти в первые годы, когда Светлана Игоревна появилась в их доме. Сколько же всего она вытерпела… Отец и половины из того, что вытворяла дочь, не знал. Теперь знает.

Глава 6

Практика с подставой

— Доброе утро, Антон Витальевич.

— Доброе утро, Анастасия. Как всегда, сначала за Женей?

— Нет, сразу в университет.

Он бросил взгляд в зеркало.

— Поссорились?

— Немного.

Настя мысленно поблагодарила водителя, что он не стал вникать в суть ссоры и не расспросил о царапинах на лице и руках. Не до этого ей сейчас. Её ждут пороги, через которые надо переступить.

Один вчера осилила. Совместный ужин. Светлана Игоревна расцвела, когда увидела дочь любимого мужчины не в бесформенной футболке и драных джинсах, а в платье, выбранном ею. А дальше всё прошло как по маслу. Даже не потребовалось делать каких-то усилий. А всё потому, что рядом находились родные люди.

Теперь же она столкнётся с внешним миром. Жестоким и циничным. И она должна стать такой же по отношению к нему. Жестокой и циничной.

Встала очень рано. Не спалось. Заглянула в чат. Криво ухмыльнулась. Все девчонки, присутствующее на закрытой вечеринке, изливали свой восторг. Трепаться о том, что именно на ней происходило, они не могли. Болтливых наказывали и изгоняли из своего круга. Но то, что произошла «эпическая битва между королём и королевой, закончившаяся примирением и даже любовью», сквозило почти в каждой строчке. Видимо, неплохо они с Максом позабавили публику. А танцевал король по-королевски. Они чувствовали друг друга от «а» до «я».

Только однажды у неё был равноценный партнёр — пару лет назад в Италии.

Настя задумалась, пытаясь вспомнить лицо пригласившего её парня. Кажется, он был синеглазым, как и Стас. Вздохнула и отмахнулась от попыток оживить память. Тогда она была увлечена другим мужчиной, и все остальные были для неё безликими…

В чате кто-то выложил их танго с Максом. До сих пор удивлялась, как они на таком пятачке станцевали. И о вражде забыли. Но, увы. Даже рядовая дружба теперь не возможна из-за Стаса.