Когда разразился пожар и все вокруг заволокло едким дымом, стало ясно, что туземцам повезло. Уэсд не торопился присоединиться к своим. Внимательно осмотревшись и окончательно убедившись, что в живых из отряда не остался никто, он осторожно подполз к офицеру. Мгновенно проверив содержимое карманов и кошелька, он все внимание сосредоточил на ювелирном украшении. Пальцы на руке трупа были перебиты и распухли. Снять перстень стало невозможно.

– Ну и денек, - подумал Уэсд, - вот же вляпался в историю. Занес меня черт сюда. А эти краснокожие свиньи вовсе не желают подыхать. Надо спешить.

Он выхватил нож и хлестным движением рубанул по пальцу. Время поджимало.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Страшная беда постигла народ алдонтин. Бледнолицые напали одновременно на все племена. Тысячи краснокожих были убиты, даже не вступив в бой с врагом. Окружающий алдонтинов мир плакал вместе с ними. Небо покрылось пеленой грязных серых туч, не переставая моросил дождь. Дул, пронизывая до костей, холодный северный ветер. Он проникал повсюду и не было от него спасения.

Еще никогда алдонтины не хоронили столько людей. Живые провожали мертвых на Заоблачные Поляны Охоты. Вожди и воины уходили в последний путь в своих лучших одеждах, украшениях. Рядом лежало оружие: луки, стрелы, щиты, копья, палицы, топоры, ножи. Боевая раскраска покрывала суровые лица. Женщины, дети, старики - все они вместе отправлялись на Небо, чтобы навсегда стать частью Великой Тайны.

К погребальному костру слабеющей походной с пылающим факелом в руках подошел Расщепленный Дуб. Наступила полная тишина. Люди замерли, Великий Вождь должен сказать то, что каждый хочет слышать.

– Братья!
– вознесся над округой суровый голос, - алдонтины гордый, мужественный народ. Белые люди убили многих из нас. Но они не смогли и никогда не смогут убить в нас Дух. Бледнолицые кровожадны, безжалостны, беспощадны. Но разве есть в этом мире сила, способная сломить алдонтинов? Бледнолицые собаки заплатят кровью за смерть каждого. Поклянемся же в этом.

Возбуждение достигло предела. Этих слов ждали. Они были в сознании и на устах каждого. И громогласное - "клянемся", раскатом разнеслось по округе.

Расщепленный Дуб вознес руки к небу и, устремив взгляд к облакам, прокричал.

– Гичи-Маниту! Прими детей своих. Возлюби их, как любим мы тебя.

В глубокой скорби он передал факел Познавшему Древо. Жрец поджег костер с четырех сторон.

– Владыка Жизни! Страшный враг напал на нас. Дай нам Разум и Силу победить его. Мы любим тебя, Великий Дух. Возлюби же детей своих!

Языки пламени жадно пожирали все вокруг, пробиваясь к центру костра. Забили барабаны, воины выстроились рядами. В грозной боевой раскраске, с оружием в руках они начали свой погребальный танец. Ритм учащался, движения становились все быстрее. Разгоряченные ритуальной пляской, алдонтины подбадривали себя устрашающими кличами, все больше распаляясь. Жажда мести сжигала, разрывала на части.

Вдруг в самую гущу танцующих ворвался Познавший Дерево. Он высоко поднял свой жезл и направил его в сторону Большой Горы. Глаза жреца блеснули, на впалых щеках, изборожденных морщинами, заиграл румянец. Весь его вид показывал удивление и восторг.

– Смотрите! Смотрите, - в растерянности кричал жрец. Люди останавливались, в недоумении застывая на месте.

На вершине горы на прекрасном ослепительно белом скакуне величаво восседал могучий, необычайно красивый воин. Мягкий ветерок раздувал переливающиеся перья его головного убора. Куртка и легины из нежной оленьей кожи были украшены изящным орнаментом и окаймлены бахромой. Гордая осанка воина, мощь и могущество исходящие от каждого его движения, от сурового, мужественного взгляда, завораживали людей, вызывали почтение и мистический ужас.

Вооруженный по-адонтински, в руках он держал ружье - грозное оружие белых людей. Видение было необычайно четким. Легко различались даже белки глаз и мелкие узоры на одежде всадника. Конь медленно развернулся, теперь воин смотрел строго на восход солнца. Туда, откуда пришли белые люди. Мустанг вздыбился, заржал, замахал ногами. Всадник отпустил поводья и скакун стремглав ринулся вниз, на восток, медленно исчезая за горизонтом.

– О, Великий Маниту, - одновременно разнеслось тысячеголосое эхо. Люди падали на колени, вознося к небу руки. Чувство истомляющего наслаждения пронизывало насквозь. Бог Краснокожих пришел в это тяжелейшее время к своим детям. Он был рядом, до него можно было почти дотронуться рукой. Бог пришел ко всем и к каждому. что-то новое, еще не осознаваемое, но уже ощущаемое охватывало народ алдонтин. прошивало его невидимыми, но прочнейшими нитями. Это были непоколебимо уверенные в себе люди.

Прошло семь Малых Солнц. Энглиши, через переводчика из эрагезов, объявили, что они созывают Круг Большого Костра. Никто не сомневался в их праве на это, мощь пушек была веским основанием.

Правительственный агент Уинстон Гудмэн всматривался в суровые лица-маски туземных вождей. Что там за масками? Заныло левое плечо. При волнениях боль обострялась всегда. Стрела с зарубинами, много лет назад выпущенная из лесной засады, видно навсегда оставила память о себе.

План поголовного уничтожения дикарей провалился, падение метеорита вполне может вызвать у краснокожих воодушевление, к затяжной войне экспедиционный корпус совершенно не готов.