– Опять мечтаешь? – фыркнула подруга, не поднимая глаз от письма. – Потом снова будешь бегать, как ужаленная!

– Ну, и ладно… – отозвалась она и протянула: – Скууучно… Скорее бы Новый год, что ли…

Спереди послышался смешок, и сидящий перед Олей ученик бросил хитрый взгляд на Сашу через плечо:

– Новогодний турнир ждёшь?!

– Мельников, отвернись! – ткнула Оля одноклассника ручкой под лопатку.

– Ай!.. Олень! Больно же!.. – возмутился мальчишка.

– Не называй меня так! – зашипела та, покрываясь от ярости красными пятнами.

– А я буду, – передразнил тот и тут же обаятельно улыбнулся: – Ты, когда злишься, лучше выглядишь…

Саша хихикнула и прикусила губу, переводя взгляд с Оли на Андрея и обратно. Мельников всю жизнь задирал Ольку, дёргал её за косы, ставил подножки, нарочно толкал, обзывался и донимал бесконечными списываниями. А с лёгкой Ромкиной руки стал называть её Оленем.

Учителя над ним посмеивались, подкалывали и несмотря на то, что часто делали мальчишке замечания, всё же оправдывали его тем, что девочка ему нравится.

И все эти его знаки внимания продолжались вплоть до конца десятого класса, пока прошедшей весной у неё не появился предмет обожания.

Секрет из этого Оля не делала, так что новость о её увлечении быстро разлетелась по классу. И тогда Андрюха сменил тактику, начал подкатывать к Оле с неумелыми ухаживаниями и комплиментами. Правда, периодически называть её Оленем не перестал. А она удивлялась, всё время искала подвохи и не спешила ему доверять. Да и вообще все её мысли были заняты другим юношей, так что шансов у Мельникова почти не было. Но он не отчаивался.

– Не твоё дело, – Саша состроила бывшему одноклубнику рожицу. – Может, и жду!

Кто-то громко постучал ручкой по столу, и Андрюха повернул голову к учителю.

– Мельников и Анисимова!.. – раздался суровый мужской бас. – Я надеюсь, вы обсуждаете тему урока, а не результаты хоккейных матчей. А если иначе, прошу за дверь…

– Не… – мотнул головой Андрей. – Не результаты…

Саша даже не шевельнулась. Как сидела, подперев рукой голову, так и осталась в том же положении.

Время текло неторопливо. Растягивалось и казалось бесконечным.

Оля продолжала строчить, накручивая на палец длинную светлую прядь, намеренно оставленную отдельно от густого хвоста, который она собрала высоко на макушке. Сейчас она уже остыла, забыв об Андрюхиной выходке, и отрешённо улыбалась, думая о чём-то совершенно далёком и отстранённом.

Саша так и не решилась рассказать ей о споре с Иваном и о том, что он сказал потом. Чувствовала, что это обязательно нужно сделать, но боялась расстроить подругу. Она не умела юлить и лукавить. Поэтому уже обидела одного своего друга. И теперь тянула с тем, чтобы поговорить с Олей.

До конца урока оставалось несколько минут, когда внезапно в дверь постучали, и все в классе синхронно повернули головы на вход. Саша тоже заинтересовалась. Кто-то спросил разрешения войти, и учитель кивнул, жестом приглашая ученика из-за двери занять своё место за партой. А потом в проём шагнула высокая фигура, и класс приветственно загудел.

Придерживая на плече лямку рюкзака и едва заметно прихрамывая, в кабинет вошёл Роман. Поднял руку в ответном приветствии, передал учителю медицинскую справку и прошёл по проходу к своему стулу. Несмотря на то, что его место было в соседнем ряду неподалёку от Саши, на девочку он даже не взглянул. И её это неприятно укололо.

Последний раз они виделись в тот день, когда Саша ушла из его комнаты. И с тех пор он ни разу не позвонил и не прислал ни одного сообщения. На её робкие попытки дозвониться до него и загладить неприятный разговор тоже никак не реагировал. Просто не брал трубку. Обиделся…

Пузырьки от ветрянки с видимых участков его кожи уже исчезли, а зелёнка стёрлась, оставив едва приметные следы на затылке. Нога почти прошла, и, можно сказать, он уже полностью здоров. Скоро приступит к тренировкам, чтобы к зиме прийти в форму и показать на новогоднем турнире всё, что он умеет. Если, конечно, папа теперь рискнёт взять его в состав взрослой «Энергии»…

– Что это с ним?.. – от Оли не укрылось то, что Платов оставил свою лучшую подругу без внимания.

Саша неопределённо пожала плечом, опустила глаза и открыла тетрадь. В клеточках было написано только сегодняшнее число – 18 ноября.

– Вы поссорились?.. – не отставала Оля, переводя взгляд с Ромки на Сашу и обратно.

– Не совсем, – неохотно отозвалась та и постаралась сосредоточить внимание на учителе, который увлечённо рассказывал о событиях мировой истории.

– Ладно… Я потом тебя допрошу, – пообещала не отставать подруга.