«Плановый осмотр у врача через месяц».

Я уже неоднократно проходила через это. Поход к врачу стал неотъемлемой частью моей рутины так же, как и психотерапевт. Это своего рода план последних семи лет моей жизни, который помогает держаться на плаву. И все же каждый раз я нервничаю так, словно это впервые.

То, что должно мне помочь жить дальше, тянет назад, заставляя вспоминать почему мне приходится проходить через эти испытания.

— Мира? — голос Никиты врывается в мои мысли.

Захлопываю блокнот и убираю прядь волос за ухо.

— Да? Ты что-то говорил? — поднимаю рассеянный взгляд на друга.

— Эм, да. Я спрашивал не хочешь ли ты сходить куда-нибудь на выходных? Слышал у нас открылся хороший японский ресторанчик, — он постукивает пальцами по коленке.

Я открываю рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрываю. Заметив мое замешательство, Никита тут же приходит в себя.

— В смысле это не свидание. Просто дружеский ужин. К тому же мне надоело тусоваться с парнями. У всех есть девушки и мало приятного смотреть на то, как они разбиваются по парочкам, каждый раз, когда мы собираемся. Чувствую себя пятым колесом.

Я судорожно ищу в голове ответ. Я занята? В выходные много работы? Заболела? Все это кажется нелепым. Я так и сижу с открытым ртом, напоминая рыбу, выброшенную на сушу и которая вот-вот задохнется. Отказать совершенно незнакомому парню для меня не составит труда. Но отказать Никите — это другое дело. Он мой друг. И если гипотетически он что-то ко мне испытывает, то я могу дать ему ложную надежду.

— Давай чуть позже это обсудим? Я сейчас разрываюсь между клубом и домом.

Понимаю, что отговорка так себе и Никита определенно все понимает. Я просто откладываю неизбежный разговор и возможно затянув с ним, сделаю только хуже.

— Ладно, тогда я пойду. Увидимся на репетиции через пару дней, — он начинает складывать гитару в чехол.

Я чувствую себя последним ничтожеством за то, как поступаю с другом. Ведь дело не в нем, а во мне.

— Спасибо, что выслушала, — он улыбается мне, встает и направляется к выходу.

Откинув голову на спинку кресла испускаю тяжелый вздох.

Я пытаюсь, честно пытаюсь наладить свою жизнь, но есть некоторые ее аспекты, которые не готова изменить.

— Это было самое нелепое приглашение на свидание, которое я только видел, — раздается нахальный голос рядом со мной.

Я резко распахиваю глаза и вижу перед собой Богдана. Он уже расположился в кресле напротив меня, перекинув ногу на ногу. Он заканчивает что-то печатать в своем телефоне, убирает его в карман черных джинсов и посылает мне дьявольскую улыбку.

После того как мы утром встретились с Богданом в кофейне, больше не виделись. Я быстро перекусила, поговорила с Максом и, приняв душ, отправилась на закупки. И я уж точно не думала, что этот наглец заявится в клуб.

— Ты что здесь делаешь? — выпаливаю я.

Оглядываюсь по сторонам в поисках Макса, но в зале никого нет кроме нас, нескольких посетителей и персонала.

— Не видел на входе надписи «закрыто на спецобслуживание».

Я закатываю глаза, чем вызываю у Богдана очередной смешок.

— Макс сказал, что заедет чуть позже. Решил попытать счастье с Полиной. Так, почему ты отказала бедолаге? И только не говори, что он твой друг, — Богдан складывает руки в замок на животе и с интересом наблюдает за мной.

— Во-первых, я никому не отказывала. Во-вторых, Никита и правда мой друг. И в-третьих, кажется мы уже прояснили, что моя жизнь никоим образом тебя не касается.

Меня начинает порядком раздражать его любопытство в мою сторону. А особенно язвительные комментарии.

— Мы живем под одной крышей, согласись, гораздо проще сосуществовать, когда ты не метаешь гром и молнии. К тому же, я хочу зарыть топор войны, окей? — он изгибает бровь. — Мы можем прийти к компромиссу.

— Именно это мы и делали последние несколько дней: ты игнорировал меня, а я тебя.

Он склоняет голову набок и изгибает бровь.

И что это должно значить?

— Я понимаю, у тебя не самые приятные впечатления обо мне. Но мы оба взрослые люди. Хотя честно признаться, когда я нахожусь рядом с тобой, складывается впечатление, что мне снова пятнадцать.

— Тогда ты был еще более заносчивым, — фыркаю я.

— С тобой очень тяжело разговаривать, — он трет переносицу.

К нам подходит официантка и ставит передо мной кружку с кофе, которую я ранее заказывала. Я машинально прошу повторить заказ для Богдана.

И вот на его губах снова эта улыбка.

— Я принимаю твое предложение о перемирии, — выдает он.

— Не бери на свой счет, — отмахиваюсь я.

Но надо признать, что если нам не суждено делать вид, что мы не знаем друг друга, то можно хотя бы нормально общаться. В любом случае нам больше не пятнадцать и с тех пор много воды утекло. И кажется у меня тоже биполярное расстройство, как и у моего временного соседа.