– Она самая.

– Ты про ту самую Шонду Креншо, автора «Бандитской любви»?

Шелби подняла бровь, но глаз с дороги не убрала.

– Уолтер Криддл знаком с «Бандитской любовью»?

– Маркус… ты знаешь Маркуса Пейджа, так?

Шелби хмыкнула.

– Хоть кто-нибудь в школе не знает Маркуса Пейджа?

– Туше. Мы с ним ходили в кино на эту экранизацию. Она… довольно яркая.

Шелби засмеялась. Неважно, насколько клишированно это было, Энди начинал сравнивать ее смех со звучанием музыки.

– Я не знала, что вы двое дружите, – сказала она. – Ты кажешься другим.

– Ты хочешь сказать, мол, как у меня может быть второе место по рейтингу оценок в классе, а у него – победа в голосовании «От него, скорее всего, залетит практически вся команда по чирлидингу»?

Она смеется снова.

– Можно и так сказать.

– Мы были в одном отряде скаутов с самого начала.

Они остановились на красном сигнале светофора, и Шелби повернулась к нему.

– Ты точно был «орлом», так?

Почему у него так раскраснелось лицо?

– Да.

– Я так и знала. По мне не скажешь, но я втрескалась к Маркуса.

Энди моментально почувствовал, как к его горлу подступает львиный рык. Но он не смог бы ничего ответить, даже если бы ему заплатили.

– Это полностью несущественно, и у меня нет никакого желания встречаться с ним, – продолжила Шелби. – Я просто подумала, что у нас с ним могли быть милые дети.

Опять: «Девушки. Загадочны. Черт. Их. Побрал».

– Ну, как бы то ни было… – (Энди не верил сам себе, что он сейчас это скажет.) – Маркус мне как брат, но он придурок. Не хочу разбивать тебе сердце, но этот парень на полном серьезе уверен, что женится на Рианне.

Она смеется снова, и Энди становится легче, потому что она смеется над чем-то, что сказал он.

Выкуси, Маркус Пейдж.

Поездка в обратную сторону прошла в напряжении. Шелби могла только догадываться, был ли это первый раз, когда Уолтер видел «Богему», потому что с момента, как опустился последний занавес, он выглядел так, будто наблюдал за обрядом экзорцизма.

Он не сказал ни слова за весь путь.

Теперь Шелби завернула к подъезду дома Криддлов. Как только машина полностью остановилась, она повернулась к нему, хотя и сильно нервничала (она правда не хотела влезать в его дела).

– Так, я не уверена, что именно происходит в твоей голове, и я не хочу наседать лишний раз. Но у тебя есть мой номер. Не бойся им воспользоваться, если нужно.

Уолтер посмотрел ей прямо в глаза. И, к полному удивлению Шелби, сказал:

– Ты посидишь со мной вот так немного?

Шелби улыбнулась – несмотря на слегка неподходящий момент.

– С радостью.

Они вышли из машины, дошли до крыльца и присели на крайнюю ступеньку. Он сидел прямо на этом месте, когда она появилась из-за поворота, так что все, казалось, приходит к начальной точке. Как минимум для Шелби.

Они просто сидели и смотрели на лужайку перед домом и на сумеречное небо. Шелби вспомнила, что примерно через пять часов, когда небо будет цвета океанической глубины, Венера, Марс, Сатурн и Юпитер будут видны где-то на востоке позади них. Она было открыла рот, чтобы разбавить напряжение таким позитивным и забавным фактом (хотя бы для нее), но она услышала, как Уолтер рядом с ней сильно втянул носом воздух.

– Том и Энджел правда были влюблены?

Это было совсем не то, что ожидала Шелби.

– Да, – ответила она, улыбаясь от мысли о ее любимой квир-паре в постановках на Бродвее. – Они любили друг друга.

Наступила еще одна пауза в разговоре, и было ясно, что Энди не собирается продолжать говорить, Шелби начала сама:

– Похоже, ты никогда не видел «Богему» до этого?

– Я никогда не слышал о ней.

– Что, правда?

Теперь настала очередь Уолтера улыбаться. От этого у Шелби начало слабеть тревожащее чувство в животе.

– Угу. Никогда не был любителем музыкального театра.

– Ладно. Пожалуй, с этим я соглашусь. Так как оно тебе?

– Я… – Он остановился. Затем он повернулся к ней. – Ты веришь в Бога, Шелби?

Это вызывает у нее взрыв смеха. Она не могла сдержаться.

– У тебя кризисное состояние, да?

Он обхватывает свою голову руками:

– Ох, ты не представляешь насколько.

– Хочешь поговорить об этом?

– Видишь вон там? – Он указал на что-то на другой стороне улицы. Там был билборд «КРИДДЛ В СЕНАТ» на соседском дворе.