Пациент, что называется, тупит. Его сознание не в силах смириться с тем, что смертельную проблему решили за минуту. Так что, схватив за плечи, сам силком вытаскиваю его из кровати и ставлю на пол.

— Стоишь?

— Стою, — на автомате отвечает мужик.

— Болит?

— Нет, вроде, — фермер с опаской вздыхает полной грудью. — А ведь, и правда, не болит.

Кряхтя по привычке, пациент размялся и, выпучив глаза от удивления, стал суетливо задавать стандартный пул вопросов: «Точно здоров? А вдруг боль снова появится? А как с вами снова связаться?» Когда проходил практику в Красном Кресте на Шри-Ланке, уже привык к такой реакции. Так что, успокоив фермера, сделал с ним на память селфи. Меня напоили, накормили и уложили спать в одной из комнат.

Мужик, почуяв в теле силы, развил в доме бурную деятельность. Помыл полы и посуду, навёл порядок во дворе. Пока жена спала, он на радостях даже завтрак мне приготовил и рассказал о ближайших деревнях.

Так и началось моё паломничество.

…

В лечении простых людей есть своя изюминка. То, что целитель решает по щелчку пальцев техникой уровня ученика [1], для обывателей выглядит, как волшебство. Перелом руки заживает месяц. Стёртые мозоли на ногах — от десяти до двадцати дней. А опытный целитель решает эти проблемы за три минуты парой простейших техник.

В следующей деревне мне у первого же дома встретился довольный жизнью одноногий старик на костылях.

— Во, ты! Точно, ты, — мужик, безумно улыбаясь, указал на меня рукой. — Мне сон приснился, представляешь. Уже двадцать лет, как ни черта не снилось. А этот прям яркий-яркий был! В нём какой-то парнишка-целитель, похожий на тебя, ходил по деревням и покорёженные судьбы выправлял. Я и себя в том сне увидел. В этой самой рубашке, на костылях. Вот прям тут, у этого самого забора. А ещё в том сне машина белая проехала по дороге.

— Машина? Вот и проверим, — я обернулся, смотря на дорогу, по которой только что пришёл. Не прошло и тридцати секунд, как мимо нас и впрямь проехала белая легковушка.

Первой мыслью, пришедшей в голову, стало: «Меня разводят на бесплатное лечение». Наверняка тот фермер кому-то позвонил и рассказал о моём приходе в это поселение. Но, как говорится, людям иногда тоже стоит доверять.

— Видал? — старик, довольно улыбаясь, костылём указал на удаляющуюся машину. — В том сне я видел себя как наяву. А кто-то мне на ухо шептал: «Скажи ему, чтобы судьбы выправлял». А потом бу-бу-бу всякое. Про сломанные носы, новые передние зубы и чтобы деток бабы рожали больше.

— И заодно тебе помочь? — улыбаюсь, принимая правила игры.

— Не вздумай! Парень, я тебя и с одной ногой уделаю, — старик погрозил мне костылём. — Меня же тогда пенсии лишат. Ты лучше блокнот достань. Ну тот, что с оранжевой обложкой. Я видел во сне, как ты записываешь, к кому зайти надо. А кому поможешь, говори, чтоб два дня молчали. Если слово не сдержат, волшебство развеется.

Услышанное удивило.

— Какой, однако, подробный сон.

— Во-во! — старик, улыбаясь, указал на свою клетчатую рубашку. — Я её пять лет не носил. Считай, с похорон бабки моей. А как во сне увидел, так понял, что надеть должен.

Спасённый ночью фермер о блокноте знать никак не мог. Даже в Аране никто не был в курсе, что я его взял с собой. Если это не подстава… Тогда я не понимаю, что тут происходит.

…

В список попали семнадцать жителей деревни. Старик, вертя костылем, объяснял, как к кому пройти и в чём проблема.

Подходя к первому дому, вижу молодого парня, копошащегося под той самой белой легковушкой. Грязные шорты, ещё более грязная майка и вид такой, будто он живет в кладовке автомастерской.

— Нгуен Ай Куок? — кое-как выговариваю сложное имя.

Горе-пациент с чумазым лицом выглядывает из-под машины.

— Да, господин? — глаза вьетнамца, словно сканеры, пробежались по моей одежде. — Машина сломалась. Я не смогу отвезти вас в город. Обратитесь к Чу Ван Луну на соседней улице. Только не соглашайтесь ехать днём. У него кондиционер в машине не работает. Тепловой удар схватите, а он вас ещё к клинике своей родни отвезет.

С сомнением вчитываюсь в запись в блокноте.

— Одноногий старик сказал, что у тебя… ну… Проблемы по мужской части. А я мимо проходящий целитель, который собирается тебе помочь.

Сидящей на асфальте парень густо покраснел, отведя взгляд в сторону.

— Сочту это за «Да», — переходя на зрение одарённых, сразу понял, в чём проблема. — Хм, компрессионная травма паха. Повреждены два нерва. Машиной придавило?

— Ремнём безопасности, — голос парня дрогнул. — Авария. Уже два года прошло…

— Это уже лишнее, — присев рядом с пациентом, за две минуты вернул парню его сексуальную жизнь.

Напоследок озвучил то, что просил передать безногий.

— Если проболтаешься кому обо мне в ближайшие пару суток, — указываю парню на пах, — вот эта двадцатисантиметровая штука снова перестанет работать. А пока советую пойти домой, включить фильм для взрослых и убедиться, что ты здоров.