Девица прямо на глазах начала меняться. Не в том смысле, что у нее вырос третий глаз или появился еще один нос. Хотя, наверное, даже это было бы лучше того, что получилось в итоге.

Она вдруг реально помолодела. И это мягко говоря. Ну, то есть не просто исчезли парочка морщин, а по-настоящему помолодела. Кожа ее порозовела и разгладилась. А еще… русалка внезапно лишилась выдающейся груди. Этот момент, между прочим, сложно было не заметить. Кроме того, исчезли маленькие складочки в уголках рта, а сам рот уменьшился. Впрочем, уменьшился не только рот. Все уменьшилось. С Маруси, как ветром сдуло, лет пятнадцать, не меньше.

По факту, Водяной держал на руках теперь девочку-подростка.

— Ты что сделал, дрянь такая? — Поинтересовался Водяной подозрительно спокойным голосом, а затем, оторвавшись от созерцания своей значительно изменившейся возлюбленной, уставился на меня злым взглядом. — Ты зачем мне русалку испортил? Ты на хрена ее из нечисти в ребенка превратил, сволочь?

А я, как бы, не знал, что ответить. Закономерность претензии на лицо. Особенно, если учесть, что это лицо выглядит теперь абсолютно не так, как должно. К счастью, отвечать не пришлось. Маруся, наконец, открыла глаза.

— Водя…– Произнесла она нежным девчачьим голоском и тут же испуганно прижала ладошку к губам. Потом спросила. — Что со мной?

Прислушалась к своим же интонациям…А затем…Затем началось черт знает что.

Русалка спрыгнула с рук Водяного и принялась осматривать себя со всех сторон. Причем, в прыжке ухитрилась вывалиться из одеяла, которым я ее, между прочим, заботливо укрывал всю дорогу. Мы все одновременно отвернулись. Даже конь. Одно дело, когда перед тобой рассекает обнаженная русалка, взрослая и половозрелая, совсем другое, если это, блин, девчонка-подросток лет двенадцати отроду.

— Вы что, совсем ополоумели?! — Орала тем временем Марыся, бегая вдоль реки и пытаясь рассмотреть свое отражение в водной глади. — Вы в кого меня превратили?!

— Рыбочка моя, это не я! Я вообще ни при чем. — Со слезами в голосе завывал Водяной. — И прикройся уже. А то как-то…

— Прикройся? Прикройся?! — Бывшая русалка перешла на ультразвук. Аж в ушах зазвенело.

Она подскочила к одеялку, лежавшему на земле и завернулась в него, королевским жестом закинув один конец себе на плечо.

— Ты посмотри, что со мной стало! Я…я…Я — человек! — Маруся со всей силы ущипнула себя за руку. На коже моментально проявился красный след. — Вот! Вот! Смотри!

Она подбежала к Водяному, а затем ткнула ему прямо под нос свою конечность, в доказательство слов.

— Рыбочка, это вот он. — Водяной, гнида такая, без сомнений сдал виновника ситуации.

— Ты? — Девчонка повернулась ко мне лицом, а потом начала медленно наступать. Судя по всему, то, что она стала человеком, совершенно не изменило ее пакостный характер.

— Эй! Вы погодите! — Буян, который все это время веселился от происходящего, посерьезнел и шустро встал между мной и разъярённой Марысей.– Вы коней-то попридержите…То есть… Ну, все поняли, да? Вы мне богатыря не угробьте. Я, между прочим, конь богатырский. Мне, между прочим, этот…эм…имя запамятовал…Эй, вор, как звать-то тебя?

Буян повернул башку ко мне, активно подмигивая одним глазом. Птичка, сидевшая верхом на коне тоже делала какие-то знаки, но я пока, хоть убейся, не мог понять, к чему идёт дело. Чисто теоретически, думаю, эта парочка решила спасти меня от рук разъярённой русалки.

— Алексей.

— Вот! Даже имя у него богатырское! Алеша! Так вот… — Буян перебирал ногами, при этом пытаясь оттеснить Марысю в сторону. — Мы теперь с Алешей неразрывно связаны. Как ниточка с иголочкой. Ясно? Он, между прочим, коня богатырского увел и Жар-Птицу украл…

Не успел мой «напарник» произнести последнюю фразу, мы с Водяным нервно вздрогнули и переглянулись. В силу произошедшего, Марыся не заметила присутствие еще одной женщины в нашей скромной компании. Но теперь…

— Это кто?! — Бывшая русалка мизинчиком указала на Птичку, которая, гордо распрямив плечи, демонстрировала свои прелести миру. То есть, нам. И Марыся эти прелести точно не оценила.

— Рыбочка моя… — Речной царь попятился в сторону воды. — Понятия не имею. Чужая какая-то, совершенно посторонняя особа. Впервые ее вижу…

— Да? — Марыся прищурившись, изучала восточную красавицу. Особенно некоторые ее отдельные части. — А чего это вдруг так совпало… Меня, значит, в человека превратили и вдруг… Поглядите-ка! Посторонняя девка тут сразу нарисовалась. А я теперь, значит, дитё?!

Она развернулась к Водяному и начала медленно наступать на него.

— Рыбочка…Икриночка моя… Ты зачем палку взяла? Брось! Брось, поранишь пальчики свои нежные…Иномирец, скажи ей!