— Это не моя фантазия, — призналась я. — Меня не заводило шлепать тебя. Это была просто шутка. Розыгрыш.

Он стоял передо мной совершенно голый, уперев руки в бедра и слегка приоткрыв рот. Он был огромен во всех областях.

— Розыгрыш? — в его голосе была холодность.

Я попыталась встретиться с ним взглядом, но остановилась на его плече, так как, по крайней мере, эта его часть не смотрела на меня сверху вниз.

— Да, ты знаешь, потому что ты унизил меня, и я подумала, что… — я замолчала, потому что, произнеся это вслух, почувствовала себя незрелой и подлой.

— На самом деле я собирался быть с тобой помягче, — сказал он глубоким голосом. — Но теперь, я думаю, мы перейдем прямо к самому сложному.

— К какому сложному? — спросила я и плотнее прижала к себе свитер.

— Ты сказала мне, что я могу делать все, что захочу, помнишь? — мышцы Арчера напряглись, когда он изменил равновесие.

— Угу. — Я прочистила горло, по-прежнему не встречаясь с ним взглядом, потому что татуировка на его плече стала для меня безопасным местом. — К какому сложному? — добавила я.

— Анальный секс.

Я разинула рот.

— Ты не с-серьезен, — пробормотала я, но Арчер выглядел очень серьезным.

— Я всегда хотел попробовать анальный секс с настоящей женщиной.

Мое горло внезапно обожгло, а ладони вспотели.

— Только не это, — прошептала я в легкой панике. — Я слышала, что это болезненно.

— Больнее, чем порка? — спросил он бескомпромиссным тоном.

— Я не думаю, что готова к этому.

— Чертовски плохо, так как ты дала мне обещание. — Кровать прогнулась, когда Арчер сел рядом со мной. — Не волнуйся, — добавил он. — Я разогрею тебя сначала.

— Но что, если я откажусь? — спросила я и, наконец, смогла встретиться с ним взглядом.

— Ты этого не сделаешь, — сказал он и убрал прядь моих волос за ухо. — У тебя слишком много честности, чтобы отказаться от обещания.

Честность была для меня всем. Я проповедовала это детям, и Арчер это знал. Потирая мочку уха, как я делала, когда была расстроена в детстве, я услышала мамин голос. «Не давай своего слова легко, потому что, как только ты дала обещание, тебе придется его выполнить, иначе ты потеряешь свою честность». Как я могла быть так сосредоточена на своей собственной глупой шутке, что даже не спросила его, о чем он мечтал?

— Ты должен пообещать мне кое-что, — прошептала я. — Если это будет слишком больно, ты прекратишь.

— Угу, — пробормотал он мне в шею. — Я не собираюсь причинять тебе боль.

Я пережила порку, и я переживу это тоже. Я успокаивала себя, но это не помогало, и я была напряжена, когда Арчер повалил меня на кровать и начал целовать и лизать мою грудь. Используя все известные мне ментальные уловки, я заставила свое тело расслабиться.

«Чем больше я расслаблюсь, тем меньше будет больно».

Арчер не торопился, исследуя каждую часть моего тела.

— Это щекотно, — сказала я, когда он покрыл поцелуями внутреннюю поверхность моих бедер.

— Мне все равно. У тебя был шанс контролировать ситуацию, и теперь моя очередь. — Его сильные руки раздвинули мои бедра, а его поцелуи переместились к моему самому интимному месту.

Я и раньше занималась оральным сексом, но это было с секс-ботами, и я никогда не беспокоилась о том, какой я могу быть на вкус. Теперь мне вдруг стало неловко, и я не знала, был ли звук, издаваемый Арчером, когда его язык лизал меня, звуком отвращения или восторга. Гортанный звук исходил из глубины его горла, и я никогда не слышала ничего подобного.

Попытка оттолкнуть его и сжать колени вместе не сработала, так как Арчер никуда не собирался уходить.

— Я не хочу, чтобы ты целовал меня там, — выдохнула я. — Наверное, я не очень вкусная.

— Ты слышала, как я жаловался? — его бормотание было трудно разобрать, потому что он снова лизал меня.

— Арчер, ты действительно не обязан.

Он поднял голову, вокруг его рта блестела влага.

— Но я хочу.

Прочитав напряжение на моем лице, он сказал мне расслабиться.

— Ты восхитительна на вкус.

Это помогло мне немного успокоиться, но когда его язык скользнул ниже, я запаниковала и сильно толкнула его.

— Даже не думай о том, чтобы идти дальше на юг.

— Но я должен разогреть тебя.

— Только не твоим языком, — воскликнула я. — Это просто отвратительно!

— Я должен был знать, что ты будешь ханжой. — Он тихо усмехнулся и поцеловал мой пупок, прежде чем снова спуститься к моему клитору.

Это было чудесно, и постепенно я начала расслабляться; незнакомые звуки удовольствия вырвались из меня, и мои пальцы запутались в темных волосах Арчера.