— Я должен был привязать себя к этой твари. Чтобы получить его кровь, я должен был отдать ему часть своей смертности.

— Это заклинание — не для того, чтобы получать кровь, — сказала я. — Оно помогает одному фейри убить другого.

— Если он получил часть твоей смертности, — спросил Ларри, — то ты получил часть его бессмертия?

Хороший вопрос.

— Да, — сказал Магнус, — но я не затем это делал.

— Ты это сделал, чтобы получить силу, ты, гад! — крикнула Дорри. Она сошла с насыпи, скользнула среди странных цветов. — Тебе нужен был настоящий гламор, магия. Магнус, значит, ты пил его кровь годами, еще с юности? Вот откуда у тебя вдруг такая сила. А мы-то думали, что она пришла вместе со зрелостью.

— Боюсь, что нет, милая сестрица.

Она плюнула ему в лицо.

— Наша семья теперь проклята, привязана навечно к этой земле в наказание за то, что ты сделал. Последний раз, когда кто-то пытался пить его кровь, Кровавые Кости вырвался на свободу.

— Он десять лет надежно здесь заключен, Дорри.

— Откуда ты знаешь? Откуда ты знаешь, что эта туманная тварь, которую ты вызвал, не ходила пугать детей?

— Пока она их не трогает, какой кому вред?

— Погодите, — сказал Ларри. — Зачем этой твари пугать детей?

— Я тебе говорила, это детская страшилка. Она ест плохих детей.

У меня возникла догадка — ужасная догадка. Я видела, как вампир работал мечом, но уверена ли я, что видела именно это? Нет.

— Когда эта тварь вырвалась и стала истреблять индейское племя, она действовала оружием или голыми руками?

Дорри обернулась ко мне:

— Не знаю. А это важно?

— Боже мой! — выдохнул Ларри.

— Это может быть очень важно, — сказала я.

— Эти убийства здесь ни при чем, — возразил Магнус. — Кровавые Кости не может проявить себя физически. Я за этим проследил.

— Ты уверен, дорогой братец? Абсолютно уверен? — Голос Дорри резал и полосовал, она действовала презрением как оружием.

— Да, уверен.

— Надо, чтобы на это посмотрела колдунья. Мне здесь не хватает знаний, — сказала я.

— Понимаю, — кивнула Дорри. — И чем скорее, тем лучше.

— Разбитый Череп и Кровавые Кости не имеет отношения к этим убийствам, — сказал Магнус.

— Ради твоего же блага, Магнус, надеюсь, что ты прав, — ответила я.

— Он сидит под замком из индейской, христианской и фейри-магии, — заявил Магнус. — Ему не вырваться.

Я медленно обошла насыпь. Махровые цветы отступали с дороги. Я пыталась смотреть на ноги, но от этого кружилась голова, потому что цветы раздвигались и при этом оставались на месте — будто пытаешься проследить, как они расцветают. Это происходит, но самого события никогда не удается наблюдать.

Оставив в покое цветы, я сосредоточилась на насыпи. Я не пыталась ощутить мертвых, и потому дневной свет не мешал. Здесь была магия, много магии. И что-то в ней имело знакомый вкус, и это не было христианской магией.

— Здесь заложена какая-то магия смерти, — сказала я, обойдя насыпь и оказавшись перед Магнусом. — Человеческая жертва?

— Не совсем, — сказал Магнус.

— Мы никогда не приносили человеческих жертв, — добавила Дорри.

Она, может, и нет, но в Магнусе я не была так уверена. Хотя вслух я этого не сказала — Дорри и без того достаточно была расстроена.

— Если не жертва, то что?

— В трех холмах похоронены наши мертвецы. И каждая смерть — это как кол в клетку старого Кровавые Кости, — сказал Магнус.

— Как вы смогли потерять след, какие холмы принадлежат вам? — спросила я.

— Тому уже больше трехсот лет, — ответил Магнус. — До этого времени никаких записей нет. Я сам не был уверен, что это тот холм. Но когда из земли вывернули мертвецов, я это почуял. — Он обхватил себя руками, будто вдруг похолодало. — И ты не должна поднимать мертвых на этом холме. Если это сделать, Кровавые Кости вырвется на свободу. А остановить его можно только очень сложной магией. Честно говоря, я не уверен, что мне это удастся. А ни одного индейского шамана я сейчас не знаю.

— Ты надсмеялся над всем, что нам дорого! — бросила ему Дорри.

— Что тебе предложила Серефина? — спросила я.

Он поглядел на меня с удивлением:

— О чем ты?

— Она каждому предлагает исполнить самое затаенное желание. Какое было у тебя, Магнус?

— Свобода и сила. Она сказала, что найдет другого стража для Кровавых Костей. Обещала, что найдет для меня способ сохранить одолженную у него силу, не будучи к нему привязанным.

— И ты поверил?

Он покачал головой: