— Есть, — ответила я.

— Он не действует, если моя семья въехала сюда до этого запрета. Бувье здесь живут уже почти триста лет.

— Невозможно, — возразила я. — Столько лет здесь живут только индейцы.

— Ллин Бувье был французским траппером. Первым европейцем, чья нога ступила на эту землю. Он женился на девушке из местного племени и обратил индейцев в христианство.

— Очко в его пользу. А как получилось, что вы не хотите продать землю Раймонду Стирлингу?

Он моргнул:

— Знаете, я был бы сильно разочарован, если бы выяснилось, что вы работаете на него.

— В таком случае простите за разочарование, — сказала я.

— Кто вы такие?

Он, очевидно, имел в виду не просто имена. Я на секунду задумалась.

— Я Анита Блейк, это Ларри Киркланд. Мы аниматоры.

— Очевидно, не те аниматоры, которые рисуют мультики?

Я не смогла скрыть улыбки.

— Нет. Мы поднимаем мертвых. Анимируем — от латинского слова «давать жизнь».

— И это все, что вы делаете? — Он смотрел на меня пристально, будто что-то было написано на внутренней стороне моего черепа и он пытался это прочесть.

Очень неприятен был этот изучающий взгляд, но мне случалось выдерживать и более сильные. Глядя ему в глаза, я сказала:

— Я лицензированный истребитель вампиров.

Он вежливо покачал головой:

— Я не спрашивал, чем вы зарабатываете на жизнь. Я спрашивал, кто вы.

— Может быть, я не поняла вопроса.

— Может быть. Вот ваш друг спросил меня, кто я. Вы ответили ему, что я — фейри. Я спросил вас, кто вы, и вы мне описали свою работу. Это как если бы я сказал, что я бармен.

— Тогда я не знаю, как ответить на ваш вопрос.

Он не отводил от меня настойчивых глаз.

— Нет, знаете. Я вижу в ваших глазах это слово. Одно слово.

И когда он его увидел, это слово стало ясно и мне.

— Некромант. Я некромант.

Магнус кивнул.

— Мистер Стирлинг знает, кто вы?

— Не уверена, что он понял бы, даже если бы я ему сказала.

— Вы действительно обладаете возможностью управлять нежитью всех видов? — спросил он.

— А вы действительно можете сделать сто башмаков за одну ночь? — ответила я вопросом на вопрос.

Он улыбнулся:

— Это не тот вид фейри.

— Вот именно.

— А зачем вы здесь, если вы работаете на Стирлинга? Надеюсь, не затем, чтобы уговорить меня продать? Мне было бы очень неприятно ответить «нет» такой прекрасной даме.

— Кончайте ваши комплименты, Магнус. Они вас ни к чему не приведут.

— А что меня приведет к чему-нибудь?

Я вздохнула.

— Не надо, я и так запуталась с мужчинами.

— Что правда, то правда, — буркнул Ларри.

Я посмотрела на него мрачно.

— Я не приглашаю вас на свидание. Я приглашаю вас в свою постель.

Я обернулась к нему — нет, скорее вызверилась.

— Не в этой жизни!

— Секс между сверхъестественными существами — всегда вещь захватывающая, Анита.

— Я не из сверхъестественных существ.

— А теперь кто буквоедствует?

На это я не знала, что сказать, и потому ничего не сказала. Молчание — золото.

Магнус улыбнулся:

— Простите, что смутил вас, но я бы никогда себе не простил, если бы не спросил. Я уже очень давно не был ни с кем, кроме людей. Давайте я поставлю выпивку, чтобы загладить свою грубость.

Я покачала головой:

— Лучше пару меню. Мы еще ничего не ели.

— Еда за счет заведения.

— Нет, — сказала я.

— Почему?

— Потому что конкретно вы мне не нравитесь, а я не люблю принимать одолжения от тех, кто мне не нравится.

Он откинулся в кресле, на его лице мелькнуло нечто, близкое к удивлению.

— А вы откровенны.

— Вы еще не знаете, насколько, — заверил его Ларри.

Я подавила желание пнуть его ногой под столом и спросила:

— Так можно, чтобы нам принесли меню?

Он поднял руку и попросил:

— Дорри, два меню.

Дорри принесла меню.

— Я совладелица этого заведения, а не твоя официантка, Магнус. Поаккуратней.

— Ты не забыла наш уговор на этот вечер? — ласково спросил он, но эта ласковость ее не обманула.

— Я не обязана оставаться одна с этими людьми. Я не буду… — Она покосилась на нас. — Я не одобряю этих ночей любовников, ты знаешь.

— Я позабочусь обо всех, прежде чем уйду. Не стану огорчать твою нравственность.

Она ответила ему сердитым взглядом: