— Может быть, — сказала я.

— Сомневаешься?

— Два одичавших вампира, так близко друг от друга и так далеко от города — маловероятно.

— Тело не порезано.

— Наводит на мысль, — сказала я.

— Насколько ты уверена, что первый убийца — вампир? Ничего другого быть не может?

Я открыла было рот, чтобы сказать «нет», — и закрыла. Тот, кто способен по пьянке свалить все эти деревья, способен перебить и людей. И у Магнуса есть гламор. Я не была уверена, что этот гламор может сделать то, что мы видели в рытвине, но…

— Анита?

— Быть может, есть другой вариант.

— Что именно?

— Не что, а кто.

Мне очень не хотелось сдавать Магнуса копам. Он столько времени сохранял свой секрет, но… может, вопрос, который надо было задать, звучал бы так: «Это не вы убили пятерых ребятишек?» Сила в руках у него была. Я видела чисто срезанные стволы деревьев — срезанные одним, максимум двумя ударами. Мелькнуло перед глазами место убийства. Кровь, обнаженные кости. Я не могла исключить Магнуса и не могла себе позволить ошибки.

Я отдала его Дольфу.

— Ты можешь пока что не привязывать сюда тот факт, что он из фейри?

— Почему?

— Потому что, если он этого не делал, мы сломаем ему жизнь.

— У многих людей есть в жилах кровь фейри, Анита.

— Ты это расскажи той студентке, которую в прошлом году забил насмерть жених, узнав, что чуть не женился на фейри. В суде он в свою защиту говорил, что не собирался ее убивать — всем известно ведь, что фейри живучи.

— Не все такие, Анита.

— Не все, но их хватает.

— Попробую, Анита, но обещать не могу.

— Что ж, это честно, — сказала я. — Где новая жертва?

— В Мартышкиной Брови, — сказал он.

— Где?

— Так называется этот городок.

— Боже ты мой — Мартышкина Бровь, штат Миссури. Маленький городок?

— Достаточно большой, чтобы там был шериф и убийство.

— Извини, Дольф. Как туда проехать?

Я вытащила из кармана свой верный блокнотик.

Дольф объяснил мне дорогу.

— Шериф Сент-Джон охраняет тело до твоего прибытия. Он сперва позвонил нам. Раз Фримонт хочет работать без нас, мы ей мешать не будем.

— Ты не собираешься ей сообщать?

— Нет.

— Вряд ли в Мартышкиной Брови есть группа обработки места преступления, Дольф. Если мы не хотим привлекать Фримонт с ее людьми, кто-то нам понадобится. Вы пока еще не можете выехать?

— Мы еще работаем по своему убийству. Но так как шериф Сент-Джон вызвал нас, мы прибудем, как только сможем. Не сегодня, но завтра уже приедем.

— Фримонт должна мне прислать фотографии с места первого убийства — той пары подростков. Я думаю, если я попрошу, она пришлет и фотографии второго. Покажу тебе их завтра, когда вы приедете.

— Ей может показаться подозрительным, если ты попросишь еще фотографии.

— Скажу, что для сравнения. Может, она пытается сохранить дело для себя, но она хочет, чтобы оно было раскрыто. Просто хочет раскрыть его сама.

— Охотится за славой, — сказал Дольф.

— Похоже на то.

— Не знаю, смогу ли я не позволить ей сунуться в это второе дело, но попытаюсь дать тебе время, чтобы ты могла осмотреться без того, чтобы она дышала тебе в затылок.

— Миллион благодарностей.

— Она сказала, что ты приехала на место преступления с помощником. Это Ларри Киркланд?

— Да.

— За каким чертом ты поволокла его на место преступления?

— Он этим летом получит диплом по противоестественной биологии. Он аниматор и истребитель вампиров. Я же не могу быть сразу всюду, Дольф. Если я буду считать, что он справится, то два эксперта по монстрам лучше одного.

— Может быть. Фримонт сказала, что Ларри облевал все место преступления.

— Он сблевал не на месте преступления, а рядом.

Секундное молчание.

— Что ж, это лучше, чем на тело.

— Мне никогда уже этого не загладить, Дольф?

— Никогда.

— Ладно. Мы с Ларри будем там, как только сможем. Туда ехать минут тридцать или чуть больше.

— Я скажу шерифу Сент-Джону, что вы едете.

Дольф повесил трубку.

Я тоже. Дольф приучил меня никогда не прощаться по телефону.

Ларри обмяк на сиденье, насколько позволял ремень безопасности. Руки он крепко сцепил на коленях. Глаза смотрели в темноту, будто он там что-то видел. Могу поспорить, у него в голове мелькали изрубленные мальчишки. У меня — нет. Пока нет. Может, я увижу их во сне, но наяву — нет. Пока нет.