Сколько раз один человек может услышать это за день?

— Просто скажи это, — я плюхнулась рядом с ним, зажмурилась и представила, как Джош целует её. Мэйси Голдман. — Насколько это может быть плохо?

Он выдохнул. — Мне предложили повышение, но для этого нужно переехать в Хьюстон.

Мои глаза распахнулись. — Техас?

— Техас.

— Ого, ничего себе. — Это было в пятнадцати часах езды от Омахи. Прежде чем я смогла сказать что-нибудь ещё, он добавил.

— После долгих раздумий я решил согласиться на эту работу.

Его слова были ударом под дых. Как же его опека пятьдесят на пятьдесят должна была работать на другом конце страны? Я сделала дрожащий вдох и спросила: — Ты согласился?

— Да, — он широко, искренне улыбнулся, словно был в восторге от этой новости и совсем не волновался, что я не разделяю его бурного энтузиазма. — Это прекрасная возможность, и ты знаешь, что вся семья Лизы из Галвестона, так что было бы не плохо, если бы мальчики были поближе к своим бабушке и дедушке. Скоро ты уедешь в колледж, так что на самом деле это не сильно повлияет на тебя.

— Полтора года. Через полтора года я уеду в колледж, — я прочистила горло и зарылась немного глубже в диван, стараясь не звучать эмоционально, когда спросила: — Когда вы переезжаете?

— В следующем месяце. Но мы с твоей мамой об этом говорили, и мы оба считаем, что раз тебе шестнадцать, ты достаточно взрослая, чтобы решать, чем хочешь заниматься.

У меня голова шла кругом. — Что ты имеешь в виду?

— Ну, поскольку ты заканчиваешь школу в следующем году, я уверен, что ты не хочешь переезжать и идти в новую школу. Мы обсудили это, и без споров, — я знаю, удивительно, да? — и пришли к решению, что ты можешь остаться здесь с ней, пока не пойдёшь в колледж, если ты этого хочешь.

— А какой у меня есть другой вариант?

Он выглядел удивлённым моим вопросом, вероятно, потому, что знал, как мне нравится Джош, мои друзья и школа.

— Ну, — начал он, проводя рукой по макушке. — Ты, конечно, можешь переехать с нами на юг. Я просто предположил, что это не то, что ты выберешь.

Я быстро моргнула и почувствовала, словно волны накрывают меня и мне стало трудно дышать. Мой папа и его идеальная новая семья переезжали в Техас. И он без колебаний оставляет меня здесь.

Как он вообще мог подумать о переезде через всю страну без меня? В его защиту скажу, что отношения между моими родителями и мной были настолько дисфункциональными, что он, вероятно, даже не догадывался, как много он для меня значил.

Я всегда была хорошим ребёнком, таким, о котором родителям не нужно было беспокоиться. Домашняя работа всегда была выполнена, я никогда не перечила, всегда следовала правилам и с радостью соглашалась с тем, чего хотели все остальные. В обычной нуклеарной семье такими вещами родители могли бы гордиться, верно?

Но в такой семье, как моя, это делало меня незаметной.

Мой отец после развода обзавёлся новым домом, новой женой и двумя детьми — новой полноценной жизнью. А у моей мамы после развода появился новый дом, новый муж, мопс, которого она лелеяла как ребёнка и новая блестящая карьера, которая была более хлопотной, чем настоящий человеческий ребёнок. Поэтому мне оставалось играть несчастливую роль остатков от их предыдущего брака, которые просто сновали туда-сюда между домами, появляясь в назначенные судом дни и каким-то образом удивлять их своим присутствием.

Я не могу сосчитать, сколько раз я входила в один из их домов только для того, чтобы услышать, как кто-то из них говорит: «О, я думала/думал, что ты сегодня у папы/мамы». Я также не могу сосчитать, сколько родительских собраний и визитов к стоматологу были пропущены из-за того, что каждый из них предполагал, что меня отвезёт другой. Или сколько раз я ночевала у бабушки, не сказав никому из них, и никто даже не позвонил, чтобы узнать, где я.

Я была настолько хороша, что моим родителям не надо было за меня волноваться.

И они не волновались.

Вообще.

При этом они оба были далеко не равны. Моя мама была трудоголиком с большой буквы. Она постоянно работала, и, казалось, считала, что её главная роль как мамы заключалась в том, чтобы была такой же. Мой папа, с другой стороны, был весёлым, спокойным и мило заботился обо мне, когда не отвлекался на свою прекрасную новую жизнь. Когда мы были вместе, мы были всё тем же сплочённым дуэтом отца и дочери, каким были всегда. Я обожала своего отца.