Стоило попробовать, да?

Да. Это то, что я собираюсь сделать.

Я прокручивала всё это в голове, пока принимала душ (быстро из-за потребностей Джоэла в туалете, конечно), отмечая всё, что мне нужно было исправить с предыдущего дня. Затем я создал новый список дел.

Список дел на 14 февраля (опять):

— Не допустить аварии;

— Избегать встречи по поводу стипендии;

— Сделать так, чтобы Джош и Мэйси не поцеловались;

— Убедить папу, что он не хочет переезжать в Техас.

Насколько это может быть сложно, так ведь?

После душа я влезла в своё счастливое клетчатое платье. Оно не было новым и очаровательным, как платье-рубашка из оригинального Дня Святого Валентина, но если мне когда-нибудь и была нужна удача платья, которое принесло мне самый высокий балл на вступительном экзамене, то именно сегодня. Я одела его с колготками и замшевыми сапогами — теплее, чем накануне, но всё ещё милыми — и направилась к двери.

По мере приближения к школе я полностью сосредоточилась на покрытой снегом дороге. Мой телефон был спрятан глубоко в рюкзаке, руки аккуратно лежали на руле в положении «десять и два». Я ехала в левом ряду, тогда как в другие дни ехала в правом, поэтому я была уверена, что не врежусь в Ника Старка.

Тейлор Свифт пела о Кони-Айленде, а я ехала так осторожно, как водитель-студент в день экзамена. На мой взгляд, было крайне необходимо исправить эту простейшую из проблем. Я оставляла расстояние в два автомобиля между моим ползучим фургоном и серебристым минивэном впереди, будучи уверенной, что пропущу Ника и начну день правильно.

Неужели я затянула твои голубые небеса серыми тучами? (прим. пер.: строчка из песни Тейлор, которая в ориг. звучит так: Did I paint your bluest skies the darkest gray?)

Несмотря на снег, движение было довольно оживлённым, и я начала расслабляться, как только проехала перекрёсток, на котором врезалась в него днём ранее. Первый пункт моего плана — не допустить аварии — был выполнен. Я почти почувствовала, как напряжение покидает меня, как внезапно справа от меня пронёсся огромный грузовик, разбрызгав слякоть по лобовому стеклу.

Полностью лишив меня видимости.

— Чтоб тебя!

Я ударила по тормозам и включила дворники, но мои шины вцепились в заснеженную дорогу, как клещи, и не позволили мне остановиться. В одно мгновение я увидела всё, когда стекло очистилось. Моя машина скользила на правую полосу, поэтому мне пришлось резко вывернуть руль, чтобы избежать встречного движения.

Скользя прямо к пикапу на другой стороне.

— Черт, черт, черт!

Я вдавила ногу в тормоз, но это было бесполезно. Я врезалась в эту машину сильнее, чем за день до того — фактически сдвинув её с места, протаранив боковую часть кузова грузовика.

— Нет, нет, нет, нет! — Когда моя машина резко остановилась, я уставилась прямо на грузовик, который выглядел точь-в-точь как грузовик Ника Старка. Какого лешего, Вселенная?

Мой капот выглядел таким же помятым, как и накануне, а может и больше. Я отстегнула ремень безопасности, дрожащие руки делали эту задачу сложнее обычного. И только я взялась за дверную ручку, как её распахнули с другой стороны.

— Эй, ты в порядке? — Ник взглянул на меня, но вместо того, чтобы вести себя как придурок, он выглядел обеспокоенным. — Ты врезалась довольно сильно.

— Кажется, да, — я кивнула, и он отступил назад, чтобы я могла выйти из машины. И я почувствовала запах его мыла или шампуня, когда вышла и закрыла дверцу. — О нет, он дымиться.

Мы оба посмотрели на мой разбитый капот, когда из него начал валить дым.

— Нам, наверное, лучше уйти с дороги, — сказал он.

Его голос звучал сонно, когда он вытащил из кармана телефон и пошёл к обочине. Я последовала за ним, немного потрясённая силой столкновения, а также тем неоспоримым фактом, что я не смогла избежать столкновения с Ником.

Я думала, что мой план был безотказным, но у Вселенной, очевидно, были другие планы.

Ник говорил с 911, а затем, должно быть, был на удержании, потому что он посмотрел на меня и прошептал: — Тебе не холодно в этом?

И он сказал «этом», глядя на мои ноги так, как смотрел бы на меня, если бы я была одета как телепузик.

И, честно говоря, я замёрзла. Казалось, воздух был ледяным, пронизывая мои колготки и щеки, но я сказала: — Нет, мне нормально.

Одновременно фантазируя о куртке, которая, как я знала, лежала у него на заднем сиденье.

Но я просто не могла позволить ему победить.

Он ухмыльнулся мне, как бы говоря: «Я знаю, что ты врёшь», прежде чем вернуться к разговору по телефону. Я стиснула зубы, чтобы они не стучали, и снова удивилась тому, каким взрослым он выглядел. В смысле, он был моего возраста, но в нём было что-то такое… от парня старше двадцати одного.

— Они уже едут, — сказал он, засовывая телефон обратно в карман джинсов.

— Спасибо. — Мне пришлось заставить себя выглядеть не застывшей, когда сказала: — Я Эмили Хорнби, кстати. Мы сидим за одной партой в классе мистера Бонга.